PORTLAND, USA
гостевая х сюжет х faq х внешности х СМЕРТЬ КРЕСТ ЧЕРЕП ГРОБ

ноябрь 2018 года
Что-то не так, верно? Осознание ускользает вместе с обрывками неприятного сна: колотящееся сердце приходит в норму, страх смывает прохладная вода — обычные кошмары, было бы на что обращать внимание. В следующий раз просто открой окно и не смотри на ночь фильмы с рейтингом R. И не слушай эти дурацкие истории о тех, кто не смог очнуться.

dial 0-800-U-BETTER-RUN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » квесты » we appreciate power


we appreciate power

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Принцесса & Фаворит & Пастырь & Комендант;
2 ноября 2018 года;
Вито арестован. Роман при смерти. Адония в гневе.
Фавориту, в принципе, нормально.

+3

2

Адония все утро была очень занята. Она била сервиз на шестнадцать персон. Чайный. В розочку. Сервиз – подарок пражской инквизиции по случаю коронации. Подарок во всех отношениях отвратительный, потому что:
а). Пользоваться вот этим решительно невозможно.
б). Осколки собираются воедино ровно через тридцать секунд после удара о стену.
в). Адония не успевает бросать посуду так быстро, чтобы хотя бы половина оставалась разбитой.
Все это надоедает минут через десять. Адония явственно чувствует, что абсолютно все над ней издеваются с самого момента коронации и злится еще больше, чем до попытки разбить сервиз.
Ладно. Предположим, он победил, и Адония даже подумает об использовании по назначению. А может, передарит какому-нибудь врагу.

Вообще-то, это все очень малодушно с ее стороны. Адония, конечно, совсем не спала и может позволить себе маленькую слабость, но проблемы сами себя не решат. Впрочем, «проблемы» - не совсем то слово. А вот «катастрофа, случившаяся по вине идиотов, которых Варни пригрела у себя на груди» – самое оно.
Адония елейным голосочком просит своего ассистента вызвать Гильема, Ноя и Фишера. Состав нестандартный, но что поделаешь, если ее совет не очень удался.
Адония елейным голосочком просит подготовить какой-нибудь наряд для совещания по очень важным вопросам. Нет, не этот. И не этот. Ну, нет. Ты совсем не соображаешь? Выйди, пожалуйста, и не заходи сюда больше никогда. Спасибо.
Застегни молнию. Застегни молнию. Застегни молнию. ДА ГДЕ Ж ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ. Ах, да.

Адония стоит в своем кабинете у окна. Она думает, что было бы неправильно объявить сейчас всем, что Вито нужен ей живым, потому что она хочет посмотреть, что у Вито внутри. Буквально. Она думает, было бы неправильно объявить, что она сейчас пойдет и добьет Романа. Во имя Великой Справедливости, разумеется.
А что вы хотели? У каждого своя справедливость. У Адонии, вот такая, например. С сервизом не вышло, зато с Романом, судя по сообщениям медиков, сработает совершенно точно.
(Что вообще произошло в этой чертовой Праге? Драка за сервиз с розочками, повлекшая за собой смерть одного и более лиц?)
На Адонии белое платье и белые перчатки. У Адонии белые гладкие волосы.
Если никто не отговорит ее добивать Романа, будет очень красиво. Она надеется, что у Романа есть с собой влажные салфетки.

Адония стоит в своем кабинете у окна и слушает длинные гудки в трубке. Эдгар больше не солнышко. Любовь прошла, завяли помидоры. Адония бросает телефон в угол. Мелкая сетка трещин быстро расползается по экрану. Телефон – это не какой-то там сервиз. И что только сразу не додумалась?

– Гильем, – Адония разворачивается и кивает. Она не обладает слухом вампира или перевертыша, но распознать походку Гильема способна даже стоя к нему спиной, – Рада вас видеть.
Глубокий вдох. (Гильем ни в чем не виноват, Ной ни в чем не виноват, Эйдан ни в чем не виноват)
Адония подходит и протягивает руку.
(Никто, никто из тех, кто сейчас придет, ни в чем не виноват)

Кажется, ассистент Варни неплохо распознает нотки ее голоса. Все приглашенные приходят один за другим и выглядят так, будто Адония сейчас запрет их в этом самом кабинете и скажет, что выйдет только один.
(Отличная идея, надо будет обязательно попробовать)
(Черт с ним, с кем-нибудь другим)
(Адонии все еще нужны проверенные люди)
– Святой отец, мое почтение, – Адония жестом приглашает располагаться, – Мистер Фишер, спасибо, что пришли.
Зря она все-таки не додумалась устроить чаепитие из того самого сервиза. Или не зря. Все равно он не бьется. (Адония до сих пор обижена)

– Что ж, – поджимает губы и опирается руками о стол, – Глава аналитического отдела арестован инквизиторами Двора Порядка за преднамеренное убийство. Глава службы безопасности тяжело ранен и, скорее всего, доживает свои последние часы.
Адония добрых полминуты смотрит на свое кресло, разворачивается, идет к окну и усаживается на подоконник.
– Я очень обеспокоена  происходящим.

+8

3

Сборка корабля в бутылке начинается с малого: с подбора этой самой бутылки. Бутылка должна быть хорошего стекла, не мутная, чистая и прозрачная на просвет, иначе мелкие детали исказятся и вся кропотливая работа пойдет псу под хвост.
Чем длиннее и уже горлышко, тем ценнее работа.
Работа Гильема действительно была кропотливой, даже ювелирной, и со стороны вызывала столько же вопросов, сколько и восхищения. Как можно умудриться так натянуть снасти, не дотрагиваясь до них руками? Откуда ощущение ветра? Он распилил бутылку, он отбил ей дно, он загипнотизировал бригаду огненных муравьев?..
О, нет. Отбил дно сегодня кто угодно, но не Гильем.

Гильем у бутылок дна не отбивает.

Помещая корабль в бутылку, надо учитывать много деталей. Буковые мачты красивы, но быстро темнеют, и петли под нити такелажа по ним неудобно скользят... Впрочем, "неудобно" - вопрос терпения. Терпеть Фаворит умел.
Учитывать детали - тоже.
Одни любят счет и ненавидят импровизацию, другие - хрустят костями рябчиков, вытирая жирные пальцы о годовые отчеты. Летят перья. Фаворит едва слышно ударяет тростью о пол. Ненависть объединяет, но ненависть бывает разная; ненависть - паруса корабля, и их надо хорошенько пропитать клеем, чтобы даже в бутылке они были рельефны и наполнены ветром.
С Адонией как-то проще: Адония ненавидит всех.

Из груши получаются очень тонкие и необычайной красоты штурвалы. Из яблони, кстати, тоже, но её нужно смачивать сильнее.

Гильем склоняется над протянутой рукой принцессы и, с нарочитой осторожностью взяв ее пальцы, касается губами тыльной стороны ладони. Это где-то там разленившиеся и разморенные солнцем мужчины поднимают руки женщин до своего лица, боясь согнуть артритную шею; Фавориту склониться несложно.
Современные тенденции вообще Фавориту не по нраву. Раньше род человеческий преследовал ведьм, черных, евреев... А что сейчас? 
А ведь найдут, кого преследовать.
Не могут иначе.
- Я уже говорил, что белый вам к лицу, но могу повторить еще, - Гильем чувствует, как воздух искрится вокруг принцессы, как чувствует проволокой натяжение штага на корабле. И говорит, говорит, заполняя мягким баритоном пространство. - Белый вам к лицу, Адония. Я попрошу вашего ассистента приготовить кофе.
Он подводит принцессу к креслу и услужливо отодвигает его. Нет? Нет. Розами пахнет так нестерпимо, что хочется распахнуть окно.

Гильем точно оказался в дешевом квесте, где на каждый щелчок выключателя света - новый труп.
Щелк - и Роман Валенца, внезапно решивший сменить работу бумажную на густой загар оперативной работы, на ладан дышит.
Загар? В Праге? Ну, если выживет, через сотню-полторы лет научится выбирать место курорта получше. В то, что он выживет, Фаворит откровенно не верит.
Щелк - и Вито Пастроне, молодой и подающий некогда надежды вампир, сейчас годен подавать разве что влажные салфетки принцессе. Если повезет. Если нет - подаст заявление об увольнении и каталог с погребальными урнами, потому что с его должности уходят исключительно вперед ногами.
- Весьма досадно, конечно, - Фаворит помешивает сахар в кофе, не касаясь ложечкой чашки. - Я отправил цветы Роману в палату, но, думается мне, в реанимацию не допустят лишний аллерген. Но ничего. Выбрал универсальные, и на случай выздоровления подойдут, и на случай... Не хотите добавить открытку с пожеланиями?

Он кивком приветствует Фишера и Мортона, жестом указывая на их места согласно купленным билетам - будет интересно, господа и дама.
Пастырь и Комендант. Да, так лучше. Плохо, что не было случая встретиться раньше, при иных обстоятельствах, но Фаворит уверен в их благоразумии.
Да, так лучше, Адония.
Без всякого звона кофейная пара касается глянцевой поверхности стола. Гильем трет переносицу, кивая словам принцессы.
- Я разделяю беспокойство принцессы Адонии и как фактически последний здравствующий член Нового совета, и как лицо, живо заинтересованное в процветании Двора Хаоса, - Фаворит почти равнодушно наблюдает за тем, как принцесса вьет себе гнездо на подоконнике. У каждого свои причуды. Йонас, упокой Господь его душу (добрый день, Пастырь), не мог спать, если в его апартаментах не царила непроглядная темнота. Предыдущий был без ума от костлявых девиц. Что ему, Фавориту, до этого? Чем бы дитя ни тешилось.

Он переживет их всех. Всех, находящихся в этом кабинете.

- До сих пор неясно, что все-таки случилось с главой службы безопасности в Праге: Роман в критическом состоянии и, боюсь, пробудет в нем недолго. Я имею в виду не чудесное выздоровление, конечно, - Гильем складывает пальцы и садится вполоборота к Адонии. - К моему большому сожалению, скорее всего это как раз тот случай, когда нужно прибегнуть к ментальной магии, невзирая на последствия для пациента. Это возможно?
Фаворит выразительно смотрит на Мортона. Конечно, возможно. Последствия для творящего магию его беспокоили тоже не слишком сильно.
- Глава аналитического отдела... степень его вины мы рассудим позже, но абсолютно невозможно, чтобы он оставался у инквизиторов Двора Порядка. Собравшимся здесь нет нужды пояснять, почему. Тем, кто собирался до вас, наверное, стоило... Никаких требований от Порядка пока не поступало, но, вспоминая аналогичные случаи, они могут быть готовы пойти нам навстречу и отдать Витторио под наш суд. Не из великой доброты, конечно. Почти уверен, что им нужно что-то равноценное взамен. Или кто-то. Как думаете, Фишер, что мы можем им предложить?

[icon]http://s9.uploads.ru/Jltkd.gif[/icon][nick]Favorite[/nick][status]король массовки[/status][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Гильем, 612</a></p> <p class="lz_rank">Вампир, I</p> <p class="lz_about">член Совета. Старого, Нового и всех прошлых и будущих.</p>[/lzvn][sign]-[/sign]

Отредактировано Jordan Harvey (2019-02-04 04:21:14)

+5

4

[indent] Все болезни от беспокойств в голове. И от Дьявола. Но больше, конечно, от головы, и если раскладывать по полочкам отравленные палочки, то можно справиться с заразой на время или навсегда. Да еще и быстро. Изъеденные беспокойством последних дней нервы отражаются даже на лице вечно спокойного священника, что заставляет беспокоиться паству. И куда же делся министрант, что обычно хмуро шел за пастырем, помогая во время мессы на День Всех Святых? Может, будет на День Всех Усопших Верных?
[indent] Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Благодать Господа нашего Иисуса Христа, любовь Бога Отца и общение Святого Духа да будет со всеми вами.
[indent] Вторит на службе мальчишка, что ходит с матерью, от чего довольны сразу двое. Министрант отлеживается после прогулки по грани на веревке. У Мортона оказывается так много дел, что он не возвращается домой весь день, собирая что-то в притворе. Боже, прости, ибо не ведаю, что творю. Ибо свернуть шею своему же воспитаннику кажется наказанием по содеянному. Разрезающий быт артефактора звонок уже не кажется таким добрым, этой осень не было ни одного доброго звонка, Пастырь уже хочет удариться в крайний консерватизм и заявить, что смартфоны представляют собой источник зла.
[indent] Нет, помощница Принцессы не сильно похожа на одного из семи десятков королей Ада, но все-таки. По крайней мере, в этот раз никто не сможет продемонстрировать навыки работы с печью в крематории, но при большом желании… Это называется паранойя. Она лечится глубоким вдохом, завязанным на шее черным шарфом и превышением скорости на пути к стеклянному «зубу» Двора Хаоса. Дознаватель перекапывает свои мысли и, когда жмет руку Фишеру на подходе к кабинету, даже не жалуется на дергающийся глаз. Вообще-то Пастырь — тихий обладатель призрака улыбки и умелец по части вежливых поклонов, все-таки, он здесь самая мелкая единица. Мелкая пешка, которой удобно месить кровь с грязью и экскрементами, правда, Фаворит?
[indent] — И вам доброго здравия, Принцесса, — в голос не проникает казнь посреди церкви, это же личное. В голосе — напряженность Иного, которому известно, что добрых времен не было слишком давно, а соотносить это с правлением нового лидера неправильно. Он видел всех правителей Портленда, а Гильем видел, кажется, все от сотворения мира, но на лице его нет паники. Есть ли вообще живые, которые видели на нем панику? — И вам, господа.
[indent] «Братья и сёстры, осознаем наши грехи, чтобы с чистым сердцем совершить Святое Таинство», — отзвук сегодняшней мессы бродит по черепной коробке, когда Ной садится в указанное всеми высшими место. Для полного комплекта не хватает Мун и Ракеты, но ведь если бы они здесь собрались вместе, то точно бы отсюда не вышли? Тогда бы ноябрь точно бы стал переломным. Сколько переломов нужно магу, чтобы издохнуть? Можно было бы поинтересоваться у медицинской службы с примера Романа, но даже их глава куда-то запропастился.
[indent] С ними говорит призрак в белом с окна. Смертоносный призрак. Ему вторит прошедшая сквозь время статуя, которая не переломала перевертыша и инквизитора в далеком прошлом от хотения.
[indent] — Роман довольно стар для того, кого нужно, — Мортон шевелит в воздухе пальцами рядом со своим виском, не завершая предложение. — Пытаться его вывернуть можно предложить как пытку для чтецов Двора Порядка, но если это приказ, то, конечно, найдутся способы. Необязательно беседовать именно с ним.
[indent] Нет ничего невозможного — особенно, если Фаворит решает продемонстрировать контроль над своими протеже, чей урок закончился тремя веками ранее, — и утверждение маг может доказывать, вытягивая из старой своей головы изобретательность за нервные окончания. Это понимаешь, когда удивительным образом замечаешь, что не умер в колыбели, а в общем-то добрался до века смывающихся втулок и запрограммированных ракет в мирное время. Последствия — отдельный разговор. Вот убей бы Ной Вито в далеком девятнадцатом, что бы сейчас было? Вот сдохни Роман во времена Гражданской войны, кого бы сейчас предлагали разделать на столе для мыслей? Не поздно еще все размазать кровью по стенам…
[indent] «Исповедую перед Богом всемогущим и перед вами, братья и сёстры, что я много согрешил мыслью, словом, делом и неисполнением долга», — тяжело выдыхая, Ной «забывает» кровожадность. От недосыпа сводит мышцы, и это он тоже забывает.
[indent] Ной не смотрит на Фишера, к которому обратился испытующий взгляд старейшего в кабинете. Где-то рядом еще бродит тон призрака. Что у них в запасах? Может, поискать среди людей? У Двора Хаоса так много тайн от своих же, что Мортон не берется клясться в том, что они не могут предложить «кого-то». Мало ли где в шкафу завалялся скелет бывшего подданного Двора Порядка. Содержимое же шкафов уже не относиться к интересам Инквизиции, они, скажем так, доставка на дом. От двери до гробовой доски. И грубым излюбленным методом свои проблемы один вампир уже решил, за что устроил еще большую — игра в математику между Иными не похожа на настоящую войну, но может сойти за Холодную. Мортон мне переносицу, закрыв глаза, и надеется, что обойдется без обмена пленными на мосту под дождем где-нибудь на окраине цивилизации, потому что настоящее время просто не заслуживает таких широких жестов.
[icon]http://s8.uploads.ru/ROFU0.png[/icon]

Отредактировано Noah Morton (2019-02-10 19:37:18)

+4

5

Адония вызывает партию почти в полном составе. Интересно, почему Мун не удостоилась такой милости? Исключительно по половому признаку или действительно есть причины. Фишер предпочел бы знать заранее. Адония — дама горячая, она не то что не прощает предательство, но даже и намека на. А еще конкуренции.
Фишеру нравилась Мун с ее пошлыми шуточками. Очень жаль, что у нее не сложились отношения с Адонией. Фишер надеется, что ошибается, а Мун всего лишь задержала нелепая случайность.

Двор гудит, двор в беспокойстве. Точнее говоря, в беспокойстве те, кто в курсе, что произошло и что это значит. Фишер никогда бы ни подумал, что принцесса могла настолько ошибиться с ближайшим окружением (главное, ни одним словом, ни единым движением не намекнуть об этом, иначе живым отсюда Фишер точно не выйдет).
Принцесса слишком подозрительна, чтобы сознательно допустить такое. Это с одной стороны. С другой — одно дело высокая политика, другое — отрывать бошки по темным лесам и подворотням.

Стакан наполовину полон. Потому что партия в почти полном составе сейчас на приеме у принцессы. Есть потери, но ничего смертельного. Ничего такого, с чем они не смогли бы справится.
Это ведь как посмотреть: возможно, стакан наполовину полон отменным виски: хуже заклятых врагов только откровенные идиоты в друзьях. Да даже не в этом дело, Фишер не взялся бы оценивать реальную полезность виновников торжества — у него слишком мало информации, он никогда не следил за их судьбой и их делами, за подобной информацией пожалуйте к Фавориту (если он пожелает что-то рассказать, конечно).

— Принцесса, — Фишер сдержанно кивает, копируя модель поведения Пастыря, и усаживается на предложенное место. Пожалуй, вздумай он вести себя, как Фаворит, ничего хорошего из этого бы не вышло. Ибо Фишер в силу различных обстоятельств умеет только в два типа комплиментов: «милая, ты сегодня была хороша» и «мне нравятся твои туфли». Последнее — потому что когда-то добрый человек научил. В общем и целом, ни то, ни другое под ситуацию не подходит. Поэтому Фишер предпочитает уткнуться в чай и не отсвечивать.
Теоретически их здесь больше и они сильнее.
Практически — бабка надвое сказала. И если Фаворит до этого отказался быть новой принцессой, то пусть не выпендривается.

Фишер сдавленно улыбается и пытается не закатывать глаза настолько очевидно.
— У них практически полный доступ к нашим данным. Возможно, они еще не надавили достаточно серьезно. Но это вопрос времени, — Фишер ставит чашку на блюдечко настолько элегантно, насколько способен в принципе (в его голове блюдечко разлетается на три тыщи осколков; разумеется, это был самый-самый любимый сервиз принцессы).
— Наш главный враг — время, — разумеется, в реальной жизни, нервозность Фишера заметна не настолько очевидно.
Эйдан кусает нижнюю губу и пытается выразиться наиболее политкорректно:
— Мы не знаем, что они хотят взамен. Пока. Если мы предложим им все сокровища из склада, то мы покажем, что заложники нас интересуют гораздо больше, чем должны бы. Если мы предложим слишком мало, они решат, что мы торгуемся, и ситуация примет совсем иной оборот.
Боже правый, Фишер всегда был далек от политики. Он делал все, чтобы оказаться как можно дальше. Какого хрена в эту самую минуту он очутился в самом центре?

— Я не думаю, что какой-либо из имеющихся артефактов способен решить текущую проблему, — Эйдан крутит кольцо на пальце, но это нисколько не приближает его к решению проблемы.
— Мы, конечно, можем отдать им Ловушку Ведьм или что-то подобное, но, во-первых, они не факт, что знают, что такое у нас есть. Во-вторых, этого явно мало.

Как-то так вышло, что Эйдан сейчас пиздит больше, чем за всю неделю. Не к добру это, не к добру.
— Готов предоставить хранилище артефактов, — Фишер пожимает плечами. Выглядело бы занятно, если б Фишера хоть кто-то спрашивал, готов он или нет.

— Но все же сомневаюсь, что наши друзья удовлетворятся некими физическими артефактами.

Фишер не знает, как к Законникам попал Вито, Фишер не знает, почему тот до сих пор жив. Фишер не знает, что там задумал Роман. Но им надо действовать немедленно.

+5

6

Ну, вот. Как обычно. Адония как обычно хочет сломать Фавориту все пальцы в самый неподходящий для этого момент. Тогда на коронации ей было совершенно не до того, но очень хотелось. И вот, опять.
Фаворит много говорит. Белый ей к лицу. (Белый ей к лицу) Цветы для Романа. Цветы на любой случай. Кофе. Открытка для Романа (?) Много, много, много лишнего.
МНОГО.
Адония поджимает губы и хлопает искусственными ресницами. Нельзя, не время. Тем более, пальцы Фаворита – тот же сервиз. Через тридцать секунд будут в первозданном виде. Может, даже чуточку лучше.

Нет, не подумайте. Она все прекрасно понимает. У Адонии нет никаких иллюзий по поводу всей сложившейся ситуации. Ее совет сработал далеко не лучшим образом, и вот, партия собралась за этим столом, чтобы предотвратить неотвратимо надвигающийся грандиозный провал.
(Эльза приносит кофе в том самом сервизе)
(Вот же сука злопамятная)
(Адония оскорблена до глубины души)
(Это, в конце концов, чайный сервиз, побойтесь Бога!)
У Адонии нет никаких иллюзий, но она все равно злится, когда ее тыкают носом в не самые удачные решения.
Адония хлопает ресницами и почти любовно смотрит на Гильема. Ну, давай, скажи еще раз, кем были ее советники. Давай, не бойся. Адония даже не… Бруно, на ручки!
Впрочем, нет. Не время. Не поможет.

Адония ставит чашку рядом на подоконник и складывает руки на коленях. Она улыбается так сладко, как только может. (Передумала? Переосмыслила? Очень вкусный кофе?)
– Нам не нужны лишние жертвы. Но если мистер Мортон сможет найти приемлемый способ… узнать все из первых рук, то моя благодарность не будет знать границ.
Никто ведь не хочет, чтобы Двор разорился на венках, верно?
Кстати, если мистер Мортон найдет кого-то, кто сделает это за него, то принцесса вовсе не будет против. Ведь наверняка у них во дворе есть менталист, которого не очень жалко? Ну, по крайней мере, не так жалко, как мистера Мортона.
Говорить об этом, конечно, необязательно. Сам догадается. А если не догадается, то туда ему и дорога. Будем думать, что Адония мистера Мортона тестировала. Вы любите тестики? Хотите тестик «хороший ли вы муж»? 

Вот из мистера Фишера непременно вышел бы хороший муж, если бы он прошел тестик. Посмотрите только, мистер Фишер все тащит в свою норку, а если уж притащил, то ни за что не отдает. Мистер Фишер очень хозяйственный. И дипломатичный. Он не отказывает прямо. Он говорит: «Ну, что вы. Разве это может быть интересно законникам? Нет, им это неинтересно. И вам тоже. И мне. Не трогайте, придумайте что-то другое»
Адония берет чашку в руки и кивает в сторону разбитого телефона.
– Верно. Двор Порядка все еще отказывается выходить на связь, поэтому нельзя сказать, что именно им нужно взамен. Думаю, стоит подумать, что могло бы заинтересовать их помимо артефактов.
Кофе очень вкусный. Фишер очень хозяйственный. Мортоном лучше не рисковать. (Он хочет тестик?) Гильему можно бы сломать пальцы, но лучше не нужно. (Он прав, но никому не говорите) Кофе очень вкусный. Адония ощущает острое желание бросить чашку куда-нибудь в сторону телефона.
Потому что они рассуждают так, будто переговоры уже состоялись и кончились далеко не худшим образом.
– Кроме того, нельзя обойти вниманием наименее приятный для нас вариант. Мы должны знать, что будем делать, если законники откажутся выдать нам Витторио.

+5

7

Гильем спрашивает Фишера – что мы можем им отдать?
Фишер предсказуемо отвечает: «ничего». Отвечает, по-барсучьи склоняя лобастую голову, и, кажется, рукой в кармане набирает сообщение помощникам: код синий, код синий, сорока в гнезде.
Нашел кого спрашивать.

Пастырь молодец, Пастырь – образец добродетелей послушания и смирения. Бога ради, пусть расскажет Фишеру про скупость! Гильем сплетает длинные пальцы и замечает выразительный взгляд Адонии, обращенный на них. Чуть удивленно вскидывает белесые брови, придавая лицу выражение почти невинное – дескать, я разве что-то не так сказал? Прошу прощения покорнейше. Не знал, не знал. Седая моя голова!.. Как хорошо, что бла’ародная Принцесса…
Гильем расплетает пальцы и на всякий случай складывает руки замком на колене, в тени столешницы.
Фаворит слишком стар и слишком себя любит, чтобы искушать судьбу. И Адонию.
В конце концов, люди (а в особенности маги, которым море по колено и серебряная ложка во рту бьется о еще молочные зубы) – существа обидчивые. Надо с ними помягче, как с драгоценным сосудом с ослиной мочой.
Треснет эго в одном месте, и польется вонючая суть.
- Конечно, лишние жертвы нам не нужны, - Фаворит вздергивает бровь, Адония мысленно вздергивает Фаворита. Хоть где-то все идет своим чередом, - Если мистер Мортон, как специалист, рассудит, что игра свеч не стоит, то куда нам деваться? Будем искать другие способы. Один мертвый маг лучше двух мертвых магов.
Гильем бросает на менталиста взгляд почти сочувствующий, даже отеческий: не переусердствуйте, не переусердствуйте только, Бога ради!
Гильем мысленно просчитывает рыночную стоимость ковра из шкуры менталиста третьего уровня на случай, если его взгляд будет воспринят слишком буквально. У Фишера бы получилось лучше. Фишер бы еще и линейный график составил.
Времена младенческого диатеза, нравственных решений и выборов между собственным благополучием и делом Партии остались далеко позади. Теперь Мортон ведет свою паству, и не нужно ему ни указаний Фаворита, ни наставлений, ни одобрения.
Все знает сам.

Фаворит делает вид, что кофейная гуща на дне белоснежной чашки очень его интересует. Нагадать бы… чего?
Чтобы люди никогда не узнали, как открывается дверь в Тень.
Чтобы никогда не существовало ядерного оружия. Отто Ган совершил ошибку; Акелла промахнулся, недостаточно встряхнув Маугли за шиворот. Нет мира там, где есть знание о расщеплении ядра.
Чтобы Птенцы не жонглировали файерболами на площадях не из страха перед наставниками, а из чувства ответственности, наконец. Фантастика? Когда-то стиральные машины были фантастикой.
Все меняется, Гильем остается и адаптирует температуру собственного тела под изменения климата в мире и в коллективе.

- Бандар-Логи, — наконец послышался голос Каа, — можете вы шевельнуть рукой или ногой без моего приказа? Говорите.
- Без твоего слова мы не можем шевельнуть ни рукой, ни ногой, о Каа!

- Я понимаю, что ситуация складывается не лучшим образом, Принцесса, но отчаиваться и бить тарелки не стоит: двор Хаоса выходил и из более тяжелых ситуаций, - Гильем повторяет жест Мортона и трет переносицу. Двор Хаоса выходил. Вот Принцы и Принцессы… – Артефакты не подходят, ладно. Ладно. Очевидно, от господина Витторио Порядку нужна информация, и мы с вами сидим спокойно здесь только потому, что они эту информацию пока не получили. Что если… если мы предложим им информацию повкуснее? Почему-то мне кажется, что Двор Порядка выйдет на связь почти сразу.
Гильем прикрывает испещренные венами веки и отчего-то кажется очень, очень старым и осунувшимся.

[icon]http://s9.uploads.ru/Jltkd.gif[/icon][nick]Favorite[/nick][status]король массовки[/status][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Гильем, 612</a></p> <p class="lz_rank">Вампир, I</p> <p class="lz_about">член Совета. Старого, Нового и всех прошлых и будущих.</p>[/lzvn][sign]-[/sign]

+3


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » квесты » we appreciate power


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC