...пока что в пьесе не мелькает его имя в ремарках, а лаять они с Комендантом в присутствии подавляющего силой начальства приучились по команде.
Сложно упрекнуть Фаворита в том, что даже невзначай сказанная фраза у него громче призыва «рви». [читать далее]
14.04.19 подъехали новости, а вместе с ними новый челлендж, конкурс и список смертников.

dial 0-800-U-BETTER-RUN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » квесты » a girl has no name


a girl has no name

Сообщений 1 страница 30 из 39

1

Оливер & Харли & Уэйн & Мэри Лу;
16 ноября 2018 года, суббота;
Безумную ведьму, устроившую цирк в «Аквилонеме», все еще удерживают у себя законники: принудительное лечение не дает результатов, бесполезные допросы тоже ни к чему не приводят. Может быть, у Харли получится лучше. Может быть и нет, но кто захочет упускать возможность вот так запросто прогуляться по территории Двора Порядка?

+7

2

В смысле, воздействие?
В смысле, чуть не перебили друг друга нахрен?
В смысле, взор не подействовал?
Оливер хочет напомнить, что он все еще должен Артуру за сеанс извлечения Чужого из его разума, но (кого ебет) стоит с лицом лица и выслушивает, чем будет занят в ближайшие часы. Нет, про Мэри Лу он наслышан достаточно, чтобы понимать, с чем предстоит иметь дело – возможно, даже не ему – но вот этот вот подарок из Хаоса…
Нет, Хейз даже не имеет ничего против представителей Двора Хаоса. По крайней мере, до того, как те открывают свои рты. Вполне себе достижение, между прочим, не каждая категория иных может таким похвастаться.
«Понял-принял».
Иди, Оливер, и постарайся разрешить ситуацию еще до визита к самой ведьме.

Гнетущее молчание между инкубом и стоящим перед ним магом приукрашивается его мысленными вопросами в серии «ну, за что тебя сюда отправили?».
Хейз напоминает себе, что это не распродажа в черную пятницу, где за утюг по скидке этим самым утюгом тебе могут выбить глаз – и плевать, что ты там какой-нибудь инкуб третьего уровня. Все должно пройти максимально спокойно и гладко, и чтобы это получилось, нужно избавить Мэри Лу от визита хаосита (и пары законников тоже).
Инквизитор протягивает руку для рукопожатия (а хочется поднять и пощелкать в воздухе пальцами перед чужим лицом), не сводя глаз с посетителя их Двора.
– Оливер Хейз, ваш сопровождающий. 
Можно делать ставки в собственной голове, кого он к окончанию дня будет ненавидеть больше всех.
Оливер разумно ставит на это самое «всех».

– Мэри Лу неоднократно подвергалась допросам. Разными способами, – говорит Хейз, ведя гостя по коридорам медицинского блока. – Ничего от неё не получили.
Они проходят чуть глубже в отдел, где снующих туда-сюда иных практически не остается. Оливер останавливается недалеко от двери, ведущей прямо к объекту интереса их посетителей, и оборачивается к Харли.
Ему там, кажется, обещали подослать еще одного, уже из своих? Сейчас вполне самое время порадовать всех своим появлением.
– Что вашему Двору от неё нужно? Это мое – наше – дело, потому что Мэри Лу все еще числится во Дворе Порядка. Наши чтецы ничего не смогли добиться.
«В прямом смысле ничего».
– Но, если бы даже и смогли, отчет бы был направлен и в Хаос, так как в том клубе находились иные и из вашего Двора. А просто так потрошить её мозги в этих стенах – не самая лучшая идея. Правда, думаете, получится «достучаться» лучше, чем у нас?

Отредактировано Oliver Hayes (2019-03-20 23:17:45)

+8

3

ра ра раз два мэри заберет тебя
три четыре запирайте дверь в квартире

- Собрались как-то инкуб, - длинный палец с неровно и коротко срезанным ногтем указывает рыжеволосому прямо в кокоро, - Маг, - палец описывает круг, заключая в него второго пришельца, - И ведьма…
Мэри замолкает ненадолго, оглядывая посетителей своей палаты. Спускает с больничной кровати голые ноги, покрытые синяками и похожие на пятнистые шеи жирафиков. За время, проведенное здесь, из кроваво-фиолетовых синяки стали тухло-зелеными. Сквозь тонкие хлопковые носки чувствуется холод кафеля. Где-то были тапочки… Где были тапочки? О, опять украли. Лишь бы не дать ей ходить.
Когда-нибудь (очень скоро) Мэри это надоест, и она просто не дойдет до туалета.
Попляшут.
Мэри Лу трет заспанные глаза. От этих уколов вечно хочется спать. От этих таблеток першит горло. Язык во рту еле ворочается, колется, как сухая мочалка.
- Собрались… и… э… встречаются после работы. Потому что во время работы Инквизиция не разрешает.

Их вялая, как вареная больничная брокколи, перепалка раздается эхом в оглушительно тихом коридоре. Они пришли поговорить с ней.
Мэри Лу уверена, что не они первые и не они последние.
Мэри Лу уверена?
Точно уверена?
Точно-точно?
Ну, может быть, вторые… или все-таки первые?.. Это точно был не сон? Ей приснилось, что инквизитор коснулся её лба ладонью (четверо других зачем-то держат её за руки и ноги) и, слабо охнув, осел на пол, как мешок окры…

Её мама очень любила окру с копченой паприкой.
Или это ей тоже приснилось?
Мама приходила сюда… приходила!!! Точно, точно. Спрашивала, как так случилось. Случилось что, мама? Случилось что? ЧТО? ЧТО? ЧТО СЛУЧИЛОСЬ, МАМА!!!???
От этих уколов забываются слова, мысли, лица, остается только тьма.

Мэри Лу заламывает пальцы, комкает одежду, трет потемневшие сальные волосы. Смотрит на хаосита и, щурясь на свет, кокетливо улыбается, заправляя прядь за ухо. Вид у ведьмы становится лисий, с какой-то странной искрой во взгляде.
- Я же просила не такую кровавую Мэри, ну. У тебя вид, как будто ты дерьма половником навернул, Элли!

«Аквилонем» колется локтями танцующих и светомузыкой.

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

Отредактировано Jordan Harvey (2019-03-16 03:06:11)

+6

4

Стандартная процедура: отпечатано в бумагах, написано на лицах — этих прекрасных ответственных лицах, под которые Харли успешно (плюс-минус) старается мимикрировать. Очевидная трата времени, которой, тем не менее, не избежать; все, что он может сделать — минимизировать последствия, сократить свое присутствие, тщательно выполнить протокол и раствориться за линией горизонта, никогда больше о себе не напомнив.

Что Харли, что Оливер — разменные монеты для интересов вышестоящего начальства. Хаос желает совать нос всюду, где его не смогут сразу укоротить. Законники со скрипом соглашаются, наверняка выменивая на свою любезность очередной комплект архивных документов.
Конкретно его задача заключается в констатации факта: да, ведьма; да, сумасшедшая; да, угрозы не представляет.
(или?)
Он не очень уверен, что годится на роль выездного эксперта, да только никто особо не спрашивал.

— Харли Сэндмен, — пауза почти физически ощутимо провисает в воздухе. В Портленде многие так или иначе слышали о его семье.
Вот идет Падальщик Сэндмен.
Тот самый, чья мамуля однажды приготовила из папули пирожки.
(вроде бы не более чем городская легенда, но кто знает наверняка)

— Здравствуй, Мэри Лу, — без улыбки говорит Харли; голос у него бесцветный, тихий, больше похожий на шелест опадающих листьев: если как следует прислушаться, можно уловить какие-то слова.
И впрямь тронулась, бедняжка. Он спрашивает взглядом разрешения; присаживается на край постели и ведет ладонью вверх, чуть-чуть не касаясь худой девичьей руки. В нос ударяет странноватая энергия — не затхлая, какую обычно вливают в мертвое тело некроманты, и не спокойный поток силы, каким должно бы обладать живое существо.
Что-то среднее. Как будто Мэри Лу и сама не определилась, что она такое.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе здесь нравится? — уточняет он; поднимает взгляд на целителя, который заходит в палату, и кивает, на этот раз молча. Ну разумеется, пришел проследить за самочувствием дорогой пациентки.
(пленницы, если называть вещи своими именами)

Немного невежливо игнорировать приветствие, но сейчас Харли важнее разговорить Мэри Лу.

+5

5

Он откровенно запаздывал. Его вызвали в особняки еще час назад, как раз шла панель по особо неоднозначным случаям рекрутов О’Нейла и Шонесси, и недавно назначенный врач Апвуд никак не мог покинуть заседание. Последние инструкции служащего Двора он дослушивал, прижимая к уху мобильник и резво руля по улочкам Портленда. Флотский китель со всеми нашивками и шевронами остался на заднем сиденье его потрепанного Субару, поэтому, когда он влетел в здание медблока, военного в нем выдавал лишь покрой черных брюк в обтяжку, безвкусный черный же галстук, да маленькие золотистые кирпичики на воротнике белой рубашки, дублировавшие звание второго лейтенанта.

- Хаосит уже там, Уэйн, - навстречу ему из маленького офиса выскочил медбрат-вампирчик малого уровня, но тут же отшатнулся внутрь – тяжелые на ход доводчики еще не успели закрыть большую старомодную дверь на улицу и солнечный свет следовал за Апвудом.

Слегка закатив глаза, Уэйн сам зашел в офис и взял папку с копиями записей по пациентке. Отобрав у вампира стаканчик с кофе, маг почти побежал к той комнате, что теперь стала допросной. Ощущение чужеродного присутствия, бунтоватого, невписываемого в четкие кристальные грани Порядка, нарастало с каждым шагом.

Вошел.

Инквизитор Хаоса склонился к своей собра... сосестре? по диагнозу. Будто бы в желании творить все что хочется ради своего личного блага могли быть полутона. Уэйн не разбирался в сортах представителей противоборствующего двора, но знал свое место, а потому поморщился лишь внутренне, внешне оставаясь нейтрально вежливым. В конце концов, тут был Хейз – если что, то ответственность на инкубе.

Кивнув сразу всем находящимся в палате, Уэйн прошмыгнул в дальний угол, где стоял катающийся на колесиках стул без спинки, уселся, раскрыл папку на случайной странице и присосался губами к кофе. Утренние показатели здоровья ведьмы, снятые медбратом, были на уровне вчерашних, значит, за ночь законники не оторвали ей голову. И ладно. Теперь главное, чтобы хаосит не оторвал. Апвуд проверил подготовленные заранее заклинания – остановка кровотечения, рубцевание ран, кислородная подушка (высокопарно называемая в учебнике «Цветком Дыхания») и дефибриллятор (нет, конечно же, «Зов Жизни») – все висело на пальцах, набухшее, едва не капая светлой синевой с ногтей.

Основной же причиной присутствия Уэйна в палате было наблюдение. Его чисто медицинские знания вкупе с магическим взором с высокой степенью вероятности могли гарантировать, что любое влияние на пациентку не останется незамеченным.

Ведьма она или нет, но под крышей штаб-квартиры Порядка никто не должен умереть.

Отредактировано Wayne Upwood (2019-03-17 20:35:59)

+4

6

Мэри Лу положено смущенно потупиться и чуть подвинуться на белой больничной кровати, Мэри Лу положено сохранять дистанцию и сухо (по делу) отвечать на конкретные вопросы: как спалось, как жралось, как...
Кем положено? Куда положено?
Мэри подвигается к хаоситу ближе и едва не касается своим цыплячьим бедром, с любопытством разглядывая его лицо. Подвинется еще ближе - и почувствует запах лакричной зубной пасты. Или чем чистят зубы хаоситы по утрам? Чем-то таким же мерзким, определенно.
- Вопросы, вопросы... - огорченно качает головой Лу, - Вот говорят, люди любят рассказывать о себе. А тут рассказывают только обо мне. Мэри это, Мэри то, о себе не рассказывает ник-то...
Ведьма поджимает ноги, предоставляя присутствующим отличный вид на дырку на носке.
- Ладно. Я хорошо. Здесь отстойно. А как ты вырастил такие волосы на лице? Красивее, чем у рыжего. Расскажи этому секрет, - Мэри кивает на Уэйна, притаившегося в углу тенью, готовой причинять всем жизнь и здоровье. Всем кроме хаосита, конечно. Добавляет нарочито громким шепотом: - И у тебя такая вырастет, не волнуйся.

Мэри Лу любит поговорить. И вы бы любили, если бы из водоворота ночной жизни (больше похожего, впрочем, на слив унитаза, но с блестками) попали в стерильно белую палату, где главным развлечением было угадать, в какое полужопие тебе сделают вечернюю инъекцию.
После которой день начинается сначала, и в горле скребут кошки, и как ни поверни голову, всегда смотришь в тень, и уши твои смотрят, улавливая малейшие шорохи.

- Итак, - Мэри Лу сплетает сухие пальцы, устраивая локти на бедрах, и исподлобья наблюдает за посетителями её гнездышка, - Итак. Маг, маг, инкуб, ведьма. Мы идём или будем дальше сиськи жать? Только не раньше, чем я поем. Хотя-а нет, у меня отличная идея! - ведьма хлопает глазами на рыжего инкуба, - Ты купишь мне еды по дороге. На пересечении Северо-Западной Эверетт стрит и Северо-Западной Двенадцатой авеню можно найти киш. И кровавую Мэри. Нормальную.

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

+5

7

Ну, он пытался.
Без особых упрёков собственной совести, инкуб открывает дверь и заходит в палату первым - из соображений безопасности, конечно, хотя какая уж тут безопасность в их деле.
Хейз отходит в сторону, прислоняясь спиной к стене напротив единственной койки, складывает руки на груди и быстро окидывает Мэри взглядом. Очередная загадка, над которой вдруг решили поломать головы оба Двора, только в случае чего - отдуваться ему (ну, и хаоситу тоже - только поглядите, какой учтивый и бессмертный).

Оливер не имеет ничего против инициативности Сэндмена, лично из него дознаватель так себе (очень так себе).
Хейз, ты сегодня хороший или плохой полицейский?
А можно просто фикусом в сторонке побыть, пока не потребуется его вмешательство?
От Мэри Лу исходит ровным счётом ничего. Оливер уверен: коснись он рукой её худого запястья, попробуй сделать глоток - в лучшем случае ничего не выйдет, в худшем...
«Оно тебя сожрет».
Свои догадки и теории Хейз проверять желанием не горит.

Уловив движение боковым зрением, алеф видит вошедшего молодого мага, кивает вместо приветствия и возвращает внимание спектаклю на койке - слишком увлекательно, чтобы удивляться отсутствию какого-то дополнительного инквизитора на подхвате. Порядок перестал подстраховываться на каждом шагу, решив, что это все равно не помогает избежать очередной «чрезвычайной ситуации»?
Действительно, чего кадрами распыляться.

Оливер ловит себя на том, что наблюдает, по большей части, за хаоситом, а не за Мэри. Что он будет делать? Какой ответ ждёт? Какой план (и какие подводные камни) принёс с собой?
– Я тоже послушаю секрет. Вдруг станет симпатичнее?
Имея в прошлом дела с нездоровыми на голову людьми, Хейз принимает единственную кажущуюся ему верной на данный момент тактику - игра. В ней ведь даже есть правила, просто о них нужно догадаться самому, желательно заранее не оступившись.
Он не уверен, что Мэри Лу такая уж больная на голову.
Но и здоровой вряд ли можно назвать.

– Угощу тебя, если только доктор одобрит подобный рацион, – едва улыбается, не сводя глаз с девчонки, после добавляет уже таким же громким шёпотом, с каким она обращалась к Уэйну:
– Ну, или мы сделаем все тайком. Будет наш секрет, сечешь?
Хейз все ещё херовый дознаватель, но собеседник из него вполне может получиться неплохой.
– Только по дороге куда, Мэри?

Отредактировано Oliver Hayes (2019-03-19 01:15:12)

+5

8

Все происходящее Харли не нравится совершенно.
Самое поверхностное сканирование позволяет отличить иного от человека, мага от вампира, хаосита от законника. Мэри Лу, вне всяких сомнений, законница. И ведьма.
И что-то еще. Вариантов море; для того, чтобы выбрать какой-то один, недостаточно исходных данных и компетенции: Харли предпочитает работать с телом, а не с мозгом. Лучшее предварительное заключение, которое он готов сделать — девица совершенно точно не мертвая.
Аплодисменты, занавес, публика падает в припадке.

Он оборачивается к целителю, с легким удивлением отмечая, что перед ним довольно слабый маг: на фоне Хейза его можно было бы и вовсе не заметить, едва заметные эманации практически теряются рядом с инкубом. Все равно что светить фонариком при включенном верхнем свете.
Законники так отчаялись, что набирают в штат всех подряд?
Или невысокий потенциал компенсируют какие-то другие заслуги? Харли немного растерян: заклинания, очевидно подвешенные на кончики пальцев, с головой выдают медика; уровень и форменная одежда больше подошли бы дознавателю. Решив не делать поспешных выводов, он возвращает все внимание Мэри Лу — сперва нужно поговорить с ведьмой, потом можно будет попросить детальный отчет и задать вопросы тем, кто наблюдает ее с самого первого дня.

Харли нужно кое-что проверить.
В приличном обществе за такое, конечно, бьют (иногда даже ногами), но выбирать не приходится: он ловит рассеянный взгляд Мэри Лу и заглядывает в серо-голубые, с неровной темной каймой по краю радужки, глаза.
Есть принципиальная разница между обычным взглядом и Взором. Харли готов увидеть в ее зрачках самую суть — стержень, вокруг которого строится личность Мэри Лу, ее стремления, желания и потаенные страхи, то, что ее мотивирует, и то, о чем она не позволяет себе даже подумать.
А вместо этого проваливается в темноту.

Мэри Лу внутри пустая, как елочкая игрушка.
Мэри Лу хочет киш и кровавую мэри. И все.
Это настолько ненормально, что пугает до полуобморока: когда Харли приходит в себя — спустя целую вечность, хотя в реальности проходит не более пары секунд, — у него трясутся пальцы и по позвоночнику пробегает неприятная дрожь.

Нужно сосредоточиться на чем-то другом. Он вспоминает адрес и цепляется за знакомые названия.
— Ты хочешь обратно в Задверье? — спрашивает Харли, а про себя задается вопросом, увидела ли Мэри Лу что-нибудь в нем. Выжидательно смотрит на Хейза.

Если законники ничего не добились за полмесяца, может быть, стоит и впрямь пригласить даму пообедать?

+5

9

От затеянной инквизиторами игры стало как-то стыдно и душно. Умом Уэйн понимал, что с психами по-другому нельзя. Психиатром он, конечно, не был, но курс шоковой терапии проходил в обязательном порядке – как обходиться с теми, кто потерял в бою конечность, у кого на глазах убили товарища или еще что похуже. Но на практике все было куда отвратительнее – Хейз и этот, как его там, подыгрывали пациентке так лихо, что, казалось, сейчас у всех троих потекут слюни и они станут вычесывать друг у друга вшей. Пусть, главное, чтобы никто не дрался.

В ответ на развязную реплику касательно растительности на лице, маг стрельнул в ведьму мрачным взглядом поверх картонного стаканчика, опрокинул в себя остатки охладевшего кофе и почти баскетбольным движением отправил тару в ведерко для мусора.

- Разговорчивая! – хмыкнул он себе под нос.

Какого они с ней церемонятся? Ждут, пока она переберет все свои бреди и дойдет до сути того, что произошло? Ну так ждать придется до возвращения сидхе – больной мозг генерирует шутеечки быстрее, чем рот их произносит, а инквизиторы своими вопросами лишь подогревают ее «телепередачи». На флоте про свихнувшихся говорят «у него игрушки на чердаке», типа издеваясь. Апвуду эта фраза всегда казалась больше милой, чем издевательской, но теперь он видел, что игрушечная фабрика в чердаке Мэри Лу работает с перевыполнением плана.

- Слушайте, - тихо заговорил целитель, переводя взгляд с Хейза на хаосита и обратно, - не мне, конечно, советовать, но, может, ее не мурыжить вопросами надо, а, наоборот, качнуть в нее силы, так, чтоб расперло, чтоб слетели внутренние блоки, и она сама все рассказала. Поговорить она не прочь, да только, кажется, лишь о базовой потребности, типа голода, или сенсорного опыта в текущем моменте, типа щетины.

Он подмигнул Мэри Лу, уверенный, что та ни слова не поняла из того, что он только что сказал. Ехать в Пёрл Дистрикт ему не улыбалось, да он и был почти уверен, что если кто-то реально решит выпустить эту ночную бабочку на волю и вояжировать с ней по кондитерским магазинам до тех пор, пока она не отыщет свой любимый пирог (если, кстати, не сменит внезапно приоритеты на, к примеру, омлет), то уж его, медика, точно не возьмут.

- Решайте… - пожав плечами, он скрестил руки на груди и вытянул ноги. – Если подстрахуете, могу и бафнуть.

Его все происходящее касалось мало, и Уэйн с ленцой подумал, что наверняка эйчары Двора накидывают ему нелепых заданий просто чтобы он набрался хоть какого-то опыта на новой работе и завел друзей. Но, скорее он сконтачится с вампирчиком в офисе, нежели с двухвековым Хейзом. У того, поди, столько колец нарасло на дружилке, что чихать он на Уэйна хотел.

В палате едва заметно колыхнулась сила и Апвуд взглянул на инкуба, пытаясь понять – переживать или нет. Но законник, казалось, не возражал против действий хаосита. Вроде бы тот использовал взор. Словно бы за две недели это никому в голову не пришло.

+5

10

О-о, они не слышат её. Какое разочарование.
Слушают, но не слышат. Сказано же - поднимайтесь, идите! Дан адрес, дан отправной пункт, чего еще им надо? Нет, решили-таки мять сиськи, балабольничать да предлагать свои жалкие варианты. Думают, самые умные? Думают, разрешат загадку вот так вот, с наскоку, будто она - кубик Рубика для олигофренов? Черта с два.
Она и так ждала слишком долго. Пора заканчивать.

Хаосит склоняется над ней, и Мэри Лу принимает правила игры: вглядывается пристально в лишенное эмоций лицо и совсем не мигает, рассматривая расширившиеся зрачки мага.
Что-то в Мэри Лу раскалывается с тонким звоном, но не ломается полностью. Ползет трещинами.
Что-то в Мэри Лу разворачивается сотнями липких лакричных щупалец, что-то блестит румяным боком киша, что-то течет сквозь пальцы томатным соком.
Что-то касается души Харли Сэндмена: Харли Сэндмен, если ты ткнешь вилкой стейк и из него потечет прозрачный сок, ешь; если мутный - скорми сестре.
Что-то звенит... натянутое...

Это не похоже на прикосновение инквизиторов Порядка.
Это ни на что не похоже.

Разум Мэри сворачивается лакричной улиткой и прячет голову в раковине; она не хотела знать о Харли Сэндмене ничего.
Все мы не без греха.
Что-то щелкнуло в затылке, ведьма трет раскрасневшийся нос. От сиропа из солодки язык занемел, рот занемел, мозг занемел.
По внутренней стороне щеки ползут черные-черные пятна. Говорят, у злых собак черное нёбо. Это неправда. Это повышенное содержание меланина.

- Как куда? Все тебе расскажи да покажи, да уже и ужи не так вертятся на сковороде, как ты на своей стене, - Мэри облизывает губы с трещиной аккурат посередине. Губа недавно лопнула. Кто-то приложил по лицу? Уж точно не рыжий инкуб, который хотя бы делает вид, что она живая, - Стоишь у стены как тот грустный дядька в церквях, а мог бы давно поверить и проверить. Только мне не тот пирог, который готовила его мамаша, - ведьма кивает на хаосита, брезгливо морщась, - Мне с грибами и сыром. А этому, - Мэри бросает недовольный взгляд на медика, и говорит быстрее, будто что-то очень торопит её, - Сэндвич с арахисовым маслом, и побольше, и мёда туда, чтоб язык в узел завязало да подвесило, потому что говорит много и не по делу. Вот про "угощу" было по делу, а про сенсорный... опыт... который расперло... так мы идем или нет!?

Мозг Мэри нагревается, нагревается, нагревается, и скоро поджарится, как яичница на капоте папочкиного доджа летом в Сан-Диего.
Если они не послушают её.
Скоро слетят предохранители. С тонким звоном.

- Я хочу... хочу... - Мэри пытается нащупать в своей голове ответ на вопрос Харли Сэндмена, но это тяжелее, чем в темной и безлунной комнате нащупать детальку от лего. Если и найдет, то только пяткой в дырявом носке. - Хочу...

Мэри волнуется раз.
Мэри волнуется два.

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

+6

11

Сколько нужно психиатров, чтобы вкрутить лампочку?
Внешне Оливер – само спокойствие. Внутри – сплошное метание из угла одного предположения в угол другого.
Хейз окидывает всех взглядом (несколько раз). Они все тоже не остаются в долгу. Что там в той шутке про сначала двигающийся соседний поезд, а потом про поехавшую кукуху?
По лицу Харли нихрена не разобрать – «что ты там увидеть хотел вообще?» – в словах Мэри Лу никак не найти подсказок, в идее Уэйна никакой безопасности. Он-то, конечно, подстрахует, да и лучше сам пойдет все делать, но если ебанет? Инкубы-то еще вполне себе регенерируют, авось оклемается, если со стенки соскребут остатки.
У магов с этим дела похуже. Подставлять свой пердак за всех троих разом, когда в этом все еще не видно особой целесообразности? Ну нахер.
– Попробуем, если ничего не выяснится.
«Или если все выйдет из-под контроля. Хотя какой тут контроль».
– «Бафнуть» можно в любой момент.
«А вот поговорить после – вряд ли».

– Что, мама не очень хороша в готовке была?
Диалог-диалог-диалог – Оливер пытается утянуть всех, дать Мэри говорить (нервничать?) больше, чувствовать свое участие. Что-то в воздухе колеблется, и Хейз это чувствует очень отчетливо, напрягаясь и всматриваясь в лицо девушки.
«Что ты хочешь, Мэри Лу?»
Он ловит взгляд Харли и, кажется, понимает, какого ответа от него ждет маг.
«Нет-нет-нет-нет…»
Подлая идея все-таки пробирается в голову и занимает свое законное место. Это звучит еще безумнее, чем вкачать силы в Мэри, однако может дать больше ответов – алеф действительно задумывается о прогулке для их пациентки, нервно теребящей нос, желающей Кровавой Мэри и куска пирога.
Взгляд медленно смещается главную героиню разворачивающейся сцены.
Проблема не в возможном побеге. Оливер смело допускает, что она даже не попытается улизнуть.
Проблема в риске для всего живого в радиусе хер-знает-сколько метров (километров), потому что они нихера не знают, с чем имеют дело.
Он коротко мотает головой, тем самым отметая идею о выходе Мэри Лу за пределы Двора Порядка (если не за пределы этой палаты).

– Мэри, – Оливер все еще хочет в диалог (не обессудьте, достать Нуаду и начать разгонять мечом воздух он успеет всегда), Оливер не уверен, что девушку хватит надолго.
«Мэри что?»
Мэри, объясни нам, что за хуйня?
Мэри, тебе водки в твою Мэри побольше?
Мэри, добавки?
Мэри, я хочу помочь, но сначала я хочу, чтобы помогла мне ты.
«Чушь собачья».
– Ты, правда, собираешься идти прямо в таком виде?
Кажется, он слишком быстро перескочил ко второй части шутки про кукуху.

+6

12

Рано или поздно любой практикующий некромант познает, что такое настоящая стрессоустойчивость. Мертвецам истерики устраивать бесполезно: эмоции в такой приятной компании быстро обесцвечиваются и сглаживаются. К тридцати трем годам Харли буквально воплощает собой представление о «вежливом спокойствии в любых ситуациях».
И все-таки, к такой херне его жизнь не готовила.

— Если я правильно понимаю, у вас было шестнадцать дней, чтобы перепробовать все очевидные техники допросов, верно? — весьма прохладным тоном интересуется он, не поворачивая головы: обращается то ли к Хейзу, то ли к целителю, то ли к обоим сразу.

— За кого бы вы ее ни принимали, она совершенно точно не это. Или не только это, — задумчиво продолжает, глядя на Мэри Лу так, словно она уже лежит, препарированная, на секционном столе.
Жаль, что не лежит на самом деле. Харли чувствует что-то не то, что ему совершенно не нравится.

В прямом смысле чувствует, кожей, по которой словно ползет липкая слизь. Он касается лица, неосознанно пытаясь убрать то, чего там и так нет.
Или есть: кровь блестит на самых кончиках пальцев; вытекает из носа и уголка губ; капает на черную рубашку, оставляя малозаметные пятна. Харли недоверчиво смотрит то на свою руку, то на Мэри Лу.
(это ты сделала?)

Магия обязана оставлять следы, но вокруг ведьмы — ровное, без единого всплеска, поле все той же затхлой энергии. Ни единого заклинания, которое можно было бы уловить и распознать. Харли шепчет простейшую связку, активирующую охранные чары: по пальцам пробегает и тут же гаснет голубоватая искра. С нулевым результатом.

Ну, по крайней мере, целитель с Хейзом выглядят так, словно понимают не больше, чем он.
Мэри Лу, почему-то, тоже.

+5

13

Арахисового масла, наговариваемого ведьмой, не хотелось. Падкий на сладкое Уэйн удивился самому себе, но разговоры о пирогах, помимо удушливой мещанской скуки, привели Уэйна на порог размышлений о горячей еде, любой, пусть слишком жирной и напичканой глутаматом натрия, пусть фасованной в ядовитый пенополистирол, пусть в машине, на лавочке, где угодно. Он спешил на свою человеческую работу утром, проспал свой человеческий завтрак, и в сжавшемся желудке болтались последние капли отобранного у вампира кофе. Недавняя идея поехать в даунтаун, пусть и в этой компании, уже не казалась совсем уж безумной. Но, судя по всему, инкуб был против, значит, если повезет, вампир закажет еды, которую тоже можно будет отобрать.

Апвуд погрустнел. Не закажет.

Вопрос Хейза про способности ведьминой матери готовить показался очередным запрещенным приемом, ударом под дых, но пациентке, кажется, было плевать. Ее улыбка лишь поначалу казалась полной очаровательно опасной тайны, теперь же она набила оскомину и лишь раздражала.

Когда заговорил хаосит, Апвуд напрягся. В словах гостя свозил холод и, кажется, не очень высокое мнение об умственных способностях Порядка. Обычное дело, но не под этой крышей же. Не успел Уэйн насупиться, как следующей мыслью пришел интерес – а что же, удалось тому что-то разглядеть в пустоголовой Мэри Лу, или так, красуется?

В палате что-то произошло.

Почти неощутимое касание силы. Будь они на улице, легко бы спутать с дуновением ветерка по волоскам предплечья. Не от инкуба, не с той стороны, значит, либо от Мэри, либо от хаосита.

Что это? Кровь?

У гостя была кровь. Мэри Лу улыбалась.

Блять, как же не хватало способностей! Апвуд чувствовал себя слепоглухонемым – он ничего не мог понять – кто и что сделал, или еще делает. Или вот-вот сделает.

Слова хаосита в духе «она не то, что вы думаете» приняли характер не только насмешки над уровнем законников, но и стали отдавать угрозой, в особенности, наложившись на дробно закапавшую кровь.

Думать было некогда, да и бесполезно – не хватало ни опыта, ни знаний. Оставалось действовать по инструкции, которая у него, как у целителя Порядка, была одна.

– Empêcher! – магу хаоса, чтобы остановить кровотечение.

– Fermer! – в сторону Мэри Лу, огораживая ее ото всех и всех от нее двоякосиловым коконом.

Уэйн не заметил, как вскочил со стула – магом он был слабым, для заклятий требовался не только дедовский французский, но и картинные, смешные пасы руками. Он тяжело дышал, потратив существенную часть своей силы. Держать щит вокруг пациентки удавалось лишь благодаря подпитке из недр штаб-квартиры.

Апвуд переводил взгляд с одного иного на другого, ожидая чего угодно.

Отредактировано Wayne Upwood (2019-03-23 08:19:13)

+5

14

- Угу. Пересаливает, - мявкает Мэри Лу, упрямо склоняя голову, будто на лбу у неё выросли рога, и этими рогами она прямо сейчас начнет пробивать себе дорогу к выходу. 
Ей очень нужно на пересечение Северо-Западной Эверетт стрит и Северо-Западной Двенадцатой авеню. Просто до безумия нужно. Прямо с ума сойти, как. 
Тик-так. Тик-так.
Мэри лучезарно улыбается инкубу. Вот он - милый дружочек, пытается помочь, пытается мимикрировать под союзника. Мэри делает вид, что ведется: строит глаза, обнажает в улыбке зубки. 
Здесь нет друзей, Мэри. Нет союзников, Мэри. Только белые халаты, сухие медицинские отчеты и касание ледяного кружка стетоскопа. 
Дышите. Не дышите. 
- Что тебе не нравится в моем виде, эй!? - с наигранным возмущением ведьма поджимает ногу, пряча дырку на носке, — Это вы забрали у меня всю одежду и оставили мне этот... это... парашют этот паршивый. 
Лу оттягивает ворот рубашки в горошек и смотрит вниз на свою пренебрежительно малую грудь. Поджимает губы, слушая речь хаосита - точь-в-точь послушала врача после вечернего обхода: она не то, она не это, но пульс есть, значит, живая. Какая досада.
Господи, сколько можно!?
Когда они уже пойдут, эй? Где её одежда? 
Бла-бла-бла-бла. 
Ну вот кровь из носу ему потребовалось разглагольствовать прямо сейчас, этому чудному Иному с лицом подтухшего опоссума, когда в городе вот-вот начнется самый час пик, и ехать они будут черт знает сколько!
Тик-так, тик-так, Харли Сэндмен, ты не прав.
Не сказать, что Мэри совсем не удивилась тому, что Харли закровоточил там, где они могли это увидеть; нет, она даже удивленно ойкнула и часто-часто заморгала, будто наводя на изображение резкость. Но быстро успокоилась. Очень быстро.

В Аквилонеме тоже не умеют делать кровавую Мэри. Где трубочка из сельдерея, я вас спрашиваю?

Ведьма краем зрения ловит порывистое движение сбоку: то языкастый маг слетел со своего королевского насеста “я-первый-надел-халат”, и перед ней возникло короткое голубоватое сияние, разливаясь вокруг... щит? Любопытно как! Никто не защищал Мэри Лу.
Если бы он не вел себя как мудак, она бы даже растрогалась.
Мэри протягивает руку - мягкое сияние, почти растаявшее и ставшее незаметным, кевларовой перчаткой обволакивает кисть её руки, и прогибается; ведьма касается черной рубашки с влажно блестящим пятном. На пальцах остаются багровые разводы. Она подносит пальцы к губам, облизывая. Сияние остается на месте, ограждая.
Вкусная картавая магия.
- Всего лишь вишнёвый джем, - пожимает она плечами, - Это всего лишь вишнёвый джем, слышите? Врунишка. 
Капля, висящая на уголке губ Харли Сэндмена, становится тягучей, засахаренной.
- Этот хаосит вообще много врет. Все хаоситы врут, правда? - она бросает взгляд на Уэйна, застывшего бумажным журавликом. Грудь его вздымалась тяжело. Вид у ведьмы становится пугающе серьезный, - Вы обыскивали его на входе? Он точно тот, за кого себя выдаёт? 
Липкая чернота шевелится в горле Харли Сэндмена и проваливается глубже, прячась.
Ключи машины Харли Сэндмена, оттягивающие его карман, превращаются в красный увесистый мухомор.

- Я же просто хочу киш с грибами, ну, - ведьма складывает бровки домиком, - Обещаю, это будет лучший киш в вашей жизни. 

Тик-так. Тик-так.

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

+5

15

– Нужно восемь психиатров.
– Почему восемь?
– Вот давай без психоанализа.

Лучезарной улыбкой Мэри можно отравлять местные очистные сооружения – хватит на весь Портленд.
Оливер кисло улыбается в ответ, даже не стараясь. Если что в её голове и идет кувырком, то это не делает её наивной дурой.
– Поэтому у нас здесь и не допрос.
«Спасибо, что заметил».
Единственный, кто тут успел побывать в голове Мэри Лу – один чересчур наблюдательный хаосит. Харли говорит, Оливер нихуя не понимает, но пытается. Что «это»? За кого вообще можно принимать её? Уж точно не за ту, кого ждут родители, совсем не верящие ушам о произошедшем в Аквилонеме.
Кстати, их сюда приводили?..

Совы не то, чем кажутся. Мэри Лу не безобидная девочка, немного поехавшая крышей – так ли уж поехавшая? – он листал отчеты, перечитывал зафиксированные диалоги, но уж про открывшееся кровотечение точно ничего не было сказано.
Ладонь рефлекторно сжимается, готовясь выпускать оружие, но Оливер команды не дает – только подается вперед, отходя на шаг от стены, пока маг приносит своими действиями явно больше пользы, чем Нуаду промеж чьих-то красивых глаз. Однако бездействие угнетает.
«Из инквизиции, еще не помирает, значит, не развалится».
По крайней мере, Хейз пытается себя в этом убедить, но теперь постоянно посматривает на мага.
Не он один.

– Апвуд, убирай, – кивает на щит, понимая, что Уэйн только бесполезно тратит силы. Значит, если Мэри Лу захочет, то проберется и через защитный барьер.
«Ну, охуеть теперь».
Оливер думает, расслабляя и расслабляя плечи, хочет показательно приложить ладонь к лицу и от души признаться к ненависти ко всем присутствующим здесь, но вместо этого слишком долго и пристально смотрит на ведьму.
«Нет, действительно ненавижу».

– Будет тебе киш. Двойная, блять, порция.
Хейз рваным движением выуживает мобильник и отходит к самой двери, останавливаясь в проходе.
– Апвуд, оцени пока состояние нашего гостя, – кивает в сторону Харли и несколько секунд кусает внутреннюю сторону щеки, не сводя глаз с хаосита. О, Оливер Хейз теперь на своем личном опыте знает, как можно проебаться, если вовремя не заметить происходящее в голове дерьмо.
– Свое лучше тоже. Сопроводим даму в лучшем виде, – хмыкает уже в адрес Мэри Лу, после чего выходит из палаты – «пожалуйста, не разъебите медицинский блок за эти двадцать секунд» – прислоняя мобильник к уху и закрывая от посторонних ушей ладонью рот.

– Брекенридж, тут такое дело…
«Возможно, я ебанулся хлеще этой вашей Мэри Лу».

+6

16

[icon]https://i.imgur.com/gDJIG02.gif[/icon]Пресловутый закон мерфи срабатывает, кажется, по всем фронтам разом. Не так идет примерно все, что только может идти не так. И что не может — тоже.
Среди всего безобразия есть только один очевидный плюс — Иэну совершенно некогда слоняться вокруг Эдгара и ныть о своем несчастливом нынешнем бытии. Даже с учетом того, что при Дворе он едва ли не ночует. Даже с учетом того, что при этом он даже не особо спит — новая оболочка оказывается гораздо выносливее. И если обычно на излете вторых суток без сна Иэн постепенно теряет человеческий облик, то сейчас он даже не рычит на зазвонивший телефон.

— Кыш, — лежит щекой на разрозненной стопке бумажек, печально глядит на вибрирующий и уползающий к краю стола телефон. — Кыш-кыш.

Иэн очень хочет зарыться в кипу бумаг с головой и сыграть в прятки со всем остальным миром. Едва ли так следует поступать с полученными от хаоситов документами, но Иэну очень хочется. Он теперь компактнее, чем прежде, бумаги должно хватить.
Голосовое управление несовершенно, от магии в Иэне один только пшик, а гробить второй за осень телефон было бы непродуктивно. Ведь непродуктивно?

— Оливер? — Иэн прикрывает глаза, слушая голос в трубке. Кто-то там от хаоситов должен был прийти — он смотрит на настенные часы — от силы полчаса назад. Иэн морально готов услышать, что хаосит самоубился у них на территории/убил кого-то у них на территории/попал в пространственно-временную аномалию или даже поцарапал машину Эдгара.
На фоне таких ожиданий все оказывается не так ужасно.

— Какой киш... Так, никто никуда не идет, — даже выпрямляется, рассеянно трет  щеку, в полную противоположность сказанному добавляет: — Я сейчас буду.

На пороге медицинского блока и конкретной палаты он появляется спустя несколько минут. Все оказывается спокойнее, чем он себе представлял: все живы, здоровы, вокруг ни луж крови, ни видимых разрушений. Иэн обводит всех взглядом не хуже строгой мамаши, учуявшей запах безобразий: смотреть для этого приходится снизу вверх, и в исполнении крохотной девицы это выглядит не слишком пугающе.

Кивает Оливеру и Уэйну — по вполне понятным причинам не рвется пожимать руки; чуть более глубокий кивок адресует Мэри Лу — пока до конца никому не ясно, что она такое, лучше быть максимально вежливым. И только после задерживает взгляд на хаосите, пытается вытащить из памяти имя. На днях же в документах встречалось… Чарли, или как там его.

— Иэн Брекенридж, — чуть щурится — попробуй-только-ляпни-что-нибудь — и на всякий случай уточняет: — Глава инквизиции.

— Значит, прогулка? — интересуется максимально нейтральным тоном, вроде как ни к кому конкретно не обращаясь. Глядит при этом почему-то на Мэри Лу, изображает ласковую улыбку, которую обычно адресуют утомившим детям и душевнобольным. — И все с этим согласны?
Сам он, например, совсем не согласен. Пока что.

+6

17

Целитель выглядит обеспокоенным в куда большей степени, нежели сам Харли: в первые секунды это дезориентирует — может, законник в самом деле знает больше, чем он, и пытается спасти от смертельной опасности (ну или типа того), — но он быстро приходит к выводу, что все дело в обычной профдеформации. Почти все врачи, которых ему доводилось видеть, проявляли перманентную готовность действовать в любой непонятной ситуации. В отличие от самого Харли и его сестер, привыкших к тем клиентам, которым уже некуда спешить.

Он запоминает фамилию — Апвуд, значит — и с тенью любопытства следит за разворачивающимся действом. Стирает засахарившуюся кровь, смотрит на Мэри ничего не выражающим взглядом, в котором нет ни укоризны, ни любопытства, ни страха, только равнодушное ожидание: ну и что еще ты успеешь выкинуть? Эмоциональный диапазон Харли в подобных ситуациях стремится к нулевой отметке, это серьезно экономит нервы.
Но мухомор-то за что, Мэри.

Что-то в ее словах Харли ужасно не нравится.
Мэри Лу говорит «лучший в вашей жизни», и он упорно слышит «последний». Тянет на пустую угрозу, но слова девицы, которая только что без усилия прогнула чужой щит, волей-неволей начинаешь воспринимать всерьез.
— Не надо, — Харли жестом останавливает целителя, которому Хейз предлагает (приказывает? как тут у них все устроено?) проверить его состояние. Апвуд выглядит так, словно еще одно заклинание уложит его в постель на несколько часов. Незачем провоцировать, с базовыми чарами, настроенными на поиск целенаправленного вмешательства, он и сам может справиться без труда.
Вот только Мэри Лу его не проклинала. Она вообще не использовала магию, которую они бы непременно почуяли: даже ненавязчивая трансмутация ключей прошла как-то сама по себе, не оставив внятный энергетический след.

Харли это не нравится, но обдумать мысль как следует он не успевает — в палате появляется новое действующее лицо. То есть. Ну.
(он растерянно прикусывает губу, часто-часто моргая)
Ч т о?

— Иэн. Брекенридж, — повторяет Харли, разделяя слова короткой емкой паузой, и в интонациях его голоса отчетливо читается «да ладно, блин».
Да кому вы будете рассказывать.
Да вы его за идиота, что ли, держите.

— Мне стоит спрашивать, почему ваше начальство — мертвая женщина? — спрашивает он, посмотрев сперва на Хейза, а потом на Апвуда.

+6

18

Сила выливалась из него с каждой секундой, будто вино из бутыли, у которой от неловкого движения грузчика отвалилось дно. Сила текла легко и быстро, словно втягиваемая в водоворот. Стало сложно даже стоять. Уэйн с видимым облегчением подчинился инквизитору и оторвался от кокона вокруг ведьмы, сохраняя жалкие крохи энергии на самых кончиках пальцев. Щит, слабо мерцая в Тени на гранях золотистых гексагонов, тут же растаял.

То, что хаосит отказался от проверки - почти не волновало - так Апвуд устал. Он сел обратно на стул, с которого пожалел, что вообще поднялся, и прислушался к себе. Кажется, если не считать истощения, он был в порядке. То ли дедовские татушки сработали, то ли Мэри Лу, оставалась законницей и не била по своим, то ли произошло вообще что-то совсем иное, о чем Уэйн, по своей неопытности и малым способностям, даже не мог догадываться.

Вошел еще один инквизитор. С одной стороны - хорошо, конечно, начальство тут, значит меньше ответственности. С другой - целитель предпочел бы кого-то из своего цеха, если уж не Коэна, то, хотя бы, медбрата-вампирчика. Сейчас, с выложившимся Апвудом, медблок мог так именоваться лишь формально.

Предоставив другим решать, отвечать, выпячивать подбородки и выпучивать глаза, Уэйн затих на стуле в углу, скрестив руки на груди и спрятав кисти в подмышки. Словно стесняясь более сильных иных в комнате, он скрывал свои пальцы, сложившиеся в незамысловатой фигуре восстановления сил. На это уйдет немалое время. И если, все-таки, придется куда-то ехать, сопровождать болезную, то лучше начать подкачку своих резервов как можно раньше.

Отредактировано Wayne Upwood (2019-03-29 22:16:04)

+5

19

В детстве папенька часто ловил Мэри ночью: она, страдающая лунатизмом, в темноте спускалась со второго этажа по крутой лестнице и включала чайник, подолгу наблюдая за клокочущим кипятком. Папенька говорил - пройдет! перерастет! 
Мама боялась, что однажды Мэри Лу споткнется и переломается во сне. Мама видела, как тонка у Мэри грань между фантазиями и реальностью, как она внушаема и легка на подъем, как нервная система её похожа на оголенные провода... о, все дети тогда были такими: патлатые бродяжки с запасами средства от вшей в своих нелепых фольксвагенах. 

Сомнамбулизм остался в прошлом, пришли сомнительные компании, шумные друзья и звонки в пять утра ”мама, я в каталажке в соседнем штате, тут ехать всего ничего, ну мам!”

Мама прижимает платок к опухшим глазам, а папенька комкает складку штанов на колене; они - законопослушные подданные Порядка, и дочь их с причудкой, но безобидна... нет, это все неправильно, неправильно! Какой-то бред... почему это так похоже на допрос, мистер... как Вас зовут? мистер Хейз? 
Мистер Апвуд, с ней все в порядке? Как она? Ради всего святого, не давайте ей пить много кофе и ходить босиком!..

- Прекратите говорить так, как будто меня здесь нет, эй. Э-эй, алло! - в её голосе больше тревоги, чем негодования. Отчего-то ведьма очень боится остаться незамеченной.
Мэри Лу не трогала щит Апвуда. Она хотела потрогать Харли Сэндмена, чтобы убедиться, что он то еще брехло, а щит ей мешал, пришлось попросить его немножечко подвинуться. 
Мэри Лу не трогала самолюбия Оливера Хейза. Она вообще его не трогала. И чего грубит?.. Говорила ей мама - не водись с инкубами, они невоспитанные, лицемерные и затрахивают до смерти, и не обольщайся, Мэри, это не фигура речи. 
Мэри Лу не... а это еще кто? 

Иэн Брекенридж, глава инквизиции.

- Ага, ага, - кивает Мэри, поджимая губы. Что ж, видимо, сегодня был день открытых дверей в доме для душевнобольных. Проходите, присаживайтесь, ни в чем себе не отказывайте, милая Иэн, глава инквизиции. Интересно, сколько раз уже звучала шутка про повышение через постель? - Конечно, согласны. Правда, балабол? 
Мэри Лу показывает язык мистеру Апвуду, замершему на своем насесте. Какой-то он бледноватый... может, и ему дать вишневого джема? Только послаще, чтобы сахару побольше, чтобы сил поднабрался. Простые углеводы, глюкоза, трали-вали. 

Мэри Лу спиной чувствует их взгляд. Колючий и стылый, он как прикосновение хирургических цапок к коже: хоп, щелк, больно цепляет кожу.
Она рывком оборачивается, чудом не смахнув со столика свою кровавую мэри, и наконец-то застает их врасплох: девка тотчас прячет взгляд, делая вид, что сильно заинтересована носками своих начищенных сапог, а мальчишка пытается спрятать ячмень на глазу за темными очками. Из-за них он похож на аутиста. Только аутисты скрываются за солнцезащитными очками в переполненном ночном клубе. 
- Эй, коза, - заплетающимся языком ворчит Мэри. Девка откликается и поднимает взгляд.
Хоп, щелк, цепляет. Тускло блестит ранорасширитель. Медсестра, сушите! 
- Просыпайся, Мэри, - она, кажется, не размыкала губ?.. - Мэри, пора на работу. 
Мэри хмыкает и отворачивается. Сумасшедшие... аргх. Почему эти, черт возьми, сосутся посреди танцпола, да чтоб они друг другу ебала отгрызли, блять!! (шумно: брызнула кровь из прокушенной губы)

Ведьма поднимается с кровати, опираясь на плечо Харли. Эй, Харли, не дергайся, все хорошо! Ничего не происходит. Просто тебя наконец-то касается живая женщина, и все, это совсем не больно.
Ведьма делает шаг навстречу Иэну и протягивает ладонь для рукопожатия.
- Ты тоже голодна, подружка, - Мэри подмигивает, - Давай поторопимся. И наш дружочек тоже хочет есть, да, мистер “базовая потребность”? У него скоро живот к спине прилипнет. Ты же заплатишь за всех? У главы инквизиции должно быть неплохое жалование. Хотя нет, - она переводит взгляд на Оливера, - Ты купишь киш. Двойную порцию, как обещал. Но на е... ё деньги, - ведьма указывает пальцем на Иэна. 
А Харли... пусть сосет джем. 

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

+7

20

Оливер очень рад, что ему прямо по телефону не сказали собрать вещи, сдать Нуаду и уйти нахуй со Двора подальше, обозначив следом запрет приближаться на расстояние менее пары сотен километров. Женский голос на том конце провода совсем не вяжется с привычным для его разума образом Брекенриджа, но это незначительные нюансы, на которые даже не стоит обращать внимание – особенно сейчас. 
К счастью, Иэн не заставляет себя долго ждать.
Он замечает изменившееся настроение присутствующих: кого-то интересует новое лицо, кого-то визит самого главного инквизитора, а кого-то…
Хейз, стоя позади начальника со сложенными на груди руками, вскидывает брови и очень тяжело смотрит на хаосита.
– Ты имеешь что-то против мертвых женщин?

Волна раздражения затихает так же быстро, как и поднимается. Со стороны инкуба прозвучавший вопрос звучит несколько забавно, о чем Оливер сам понимает, но проблемы чужого ассоциативного ряда его совершенно не волнуют.
Нет, ну даже ему тактичности хватило благоразумно промолчать, когда Иэн впервые появился на глазах в своем новом (временном?) обличие – опустим, что только безнадежный суицидник решился бы там что-то сказать.
Он даже не засмеялся.
И не улыбнулся (дернувшийся уголок губ не считается).
Разве что мысленно хихикнул, конечно, но это было очень мысленно.
– И наше начальство вообще-то все еще здесь, так что можешь спросить лично.

Мэри Лу гостям только рада. Её можно понять, правда?
Или Мэри Лу рада не возможности пообщаться с новыми лицами?
Ведьма активно забирается в нишу местного начальства, раздавая команды, Оливер даже готов позавидовать такому умению брать ситуацию в оборот.
Что же, Мэри Лу, ты любишь честность?

– Я не согласен.
Он обращается к Иэну, надеясь, что с ответом еще не затянул. Как начальство скажет, так и будут поступать, но в данном случае промолчать будет хуже, чем потом получить пиздюлей за нытье в виде «я же говорил, что это хуевая затея».
– Апвуд поставил щит, а Мэри, – переводит взгляд на девушку, – просто надавила на него, и он прогнулся, Иэн. У гостя сначала кровь пошла разве что не из всех щелей, а теперь.. что там? Всего лишь джем.
Оливер не сводит глаз с Лу. Он знает, что ей не понравятся его слова. Мэри Лу и его пустит на засахаренный сироп? Или что-то внутри (вне?) ее?
– Мое дело сказать, что тут было. Ну, и раз ты спросил.
Окончательное решение все равно принимать теперь Брекенриджу.

+7

21

[icon]https://i.imgur.com/gDJIG02.gif[/icon]Очень, очень плохо, что у Иэна нет магии. Не прощупать ни палату, ни участников всего действа. На месте привычных способностей — одно сплошное ничто; Иэн ощущает себя не лучше, чем мог бы с завязанными глазами или заткнутыми ушами.
Очень, очень хорошо, что у Иэна нет магии. Хаосит остается как новенький, да и Оливеру тоже везет. Ему — по той простой причине, что глаз у Иэна всего два, и оба — не на затылке, так что опаляющий взгляд не задевает Хейза даже по касательной.

— Тебе не очень понравится ответ, — тоном, вопроса не подразумевающим. И вообще — быстро теряет к гостю интерес, только навскидку оценив возраст. Молодо-зелено — Иэн прислушивается к ощущениям — даже с оглядкой на четвертый уровень и гордое инквизиторское звание.
Еще совсем человек. С иными, не разменявшими хотя бы сотню лет, работать ужасно тяжело, и Хейз только подтверждает эту мысль. Иэн очарован. Видимо, планку  минимального возраста надо поднимать. Очевидно, чтобы отвечать на прямые вопросы нужно прожить хотя бы пару сотен лет. Или быть Мэри Лу.

Смотрит он исключительно на нее, словно стоит отвернуться, и ведьма мигом перевернет вверх ногами все, что не приколочено к полу. Не исключено, что так оно и будет.

— Прогнуть, допустим, несложно... — задумчиво тянет и мягко отступает на шаг, натыкаясь спиной на Оливера. Едва ли стоит одной магической аномалии здороваться за руку с другой; не очень хочется на собственной шкуре проверять, ебанет или нет.

— Спасибо, Оливер. А вы готовы воздухом подышать? — вопрос Апвуду и — фамилия все-таки всплывает в памяти — Сэндмену. Иэну не очень симпатизирует идея игры в демократию, и Иэну не очень нравится тащить ответы из присутствующих клещами. Но Иэн хорошо помнит отчеты по «Аквилонему» и тот простой факт, что трое его оперативников смогли сделать одно большое ничего. Как и вся братия Коэна, к слову — и только это мешает Иэну запретить все идиотские идеи, пинками разогнать всех по рабочим местам и вернуться к своему собственному.

Предположим, мы сейчас пойдем на прогулку, — это не окончательное решение, Иэн мнется, взвешивая варианты и так, и эдак. Мага, вампира и перевертыша не хватило; быть может, два мага и два инкуба, пусть и с натяжкой — более подходящий эскорт для дамы? Отличный расклад, если понадобится локализовать Мэри хоть магическим, хоть физическим образом, а магов в случае чего можно поддержать... Отчего-то Иэн начинает торопиться, словно не было двух бесполезных недель. — Купим киш. И после этого ты поговоришь с нами нормально?

Вопрос совершенно бестолковый, и ответ, каким бы он ни был, скорее всего, будет тоже. С террористами  не ведут переговоров, а от полоумных ведьм не ждут обещаний вести себя хорошо. Чистой воды самоуспокоение.

— Куда именно ты хочешь, Мэри? — Иэн достает телефон и выжидающе глядит, точно не уверен до конца, что следует сделать — заказать такси до нужного адреса или сперва скинуть его Артуру и отправить на место десяток инквизиторов исключительно ради подстраховки.

+7

22

На новое действующее лицо, которое успешно прикидывается главой инквизиции, Харли смотрит с интересом орнитолога, увидевшего редкую птицу в несвойственном ей ареале обитания. Сами по себе мертвые женщины его, конечно, не смущают — о чем он сообщает ощерившемуся Хейзу, когда примирительно поднимает ладони, — но видеть их в подобном амплуа, пожалуй, непривычно. Законники оказываются куда более веселыми ребятами, чем казалось поначалу.

Чуть озабоченный взгляд достается Апвуду. Харли приглядывается к побледневшему целителю и, подумав, решает не вмешиваться — главные здания Двора Порядка, как и принадлежащий хаоситам конгресс-центр, располагаются на мощнейшей лей-линии: магу шестого уровня хватит и пятнадцати минут, чтобы восстановить резервы. Убедившись, что тот не планирует рухнуть в обморок или разложиться на плесень и на липовый мед, Харли возвращает все внимание Брекенриджу. Задумчиво прикидывает, как именно классифицировать стоящее перед ним существо, и последовательно отметает все приходящие на ум варианты.
Обычные трупы, поднятые при минимальных затратах магии, почти лишены разума и могут лишь воспринимать четкие команды; в идеале, недвусмысленные, иначе будет в лучшем случае смешно, а в худшем — очень грустно (но недолго). Воскрешенные ничем не отличаются от самих себя при жизни, но вернуть душу обратно в тело можно лишь на несколько минут. Полноценное возвращение с того света в принципе едва ли доступно кому-то из ныне живущих — уж если даже Мама... — так что эту идею Харли отметает тоже.
Стригой? Он щурится и чуть заметно качает головой — даже законники, учитывая все циркулирующие слухи об отбитости этих ребят, не посадят некромагическое чудовище Франкенштейна с отпечатком души создателя в кресло Великого Инквизитора. Слишком уж ненадежные получаются твари: лживые, хитрые, злобные.
(впрочем, частичные совпадения с портретом брекенриджа не отметить нельзя)
Так или иначе, вопрос остается открытым, и Харли с большим трудом заставляет себя переключиться на происходящее с Мэри Лу. Да. Точно. Мэри Лу, Хейз, Апвуд, крестовый поход в Задверье, двойной киш за счет начальства. Нечего отвлекаться на чужих мертвецов.

— Она ведь что-то искала в Аквилонеме, верно? — негромко уточняет Харли и ловит вопросительный взгляд инкуба, который, судя по всему, такой осведомленности не ожидал.
— Мы тоже опрашивали гостей, — говорит с легкой укоризной. — Может быть, Мэри все еще хочет что-то найти. Думаю, всем очень интересно, что именно это будет.

Отредактировано Harley Sandman (2019-04-09 17:11:58)

+7

23

Восстановление шло быстрее, чем Апвуд ожидал - все-таки, штаб-квартира Порядка, помимо прочих функций, для своих иных была большой и щедрой батарейкой. На ум приходили старинные санатории, построенные на горячих источниках, стенами впитывавшие тепло подземных вод. Вот так и цитадель Закона всасывала и перераспределяла магию мира, оберегая своих детёнышей от полного истощения. Недостаток навыков Уэйна тут с лихвой компенсировался его невеликим уровнем, когда и не надо много сил для зарядки - ведь их изначально было не ахти.

Сила еще набиралась в нем, но стало понятно - к тому моменту как они отъедут (если отъедут) от комплекса зданий - резервы целителя будут полны под завязку. Он поднялся, открыл висящий на стене белый шкафчик, достал аптечку - увесистый пузатый чемоданчик плотного пластика, кроме портативного дефибрилятора, набитый шприцами, ампулами и прочей мелочью. Были там и пара заряженных амулетов - Апвуд уже мог их почувствовать - один наполненный простой энергией, хоть в помощь пострадавшему магу, хоть для защиты, второй - охранный, раскидывающий купол с одновременным выбросом поискового луча, бьющего в небо, видимого со всех слоев Тени.

- Я готов, - Уэйн мрачно посмотрел на собравшихся. Команда, конечно, что надо, особенно, если грозит победа в конкурсе абсурдных команд. Перевес на стороне законников не особо обнадеживал - безумие и непредсказуемость Мэри Лу уравнивали шансы, даже учитывая наличие главы Инквизиции.

Апвуд сделал полшага в сторону Хейза. Доверился интуиции. Хаоситам верить нельзя, но не стоит и расслабляться в присутствии старших магов Порядка - те разменяют мелочь в мановение ока, если будет выгодно. Оставалась слабая надежда, что не слишком древний и не самый сильный в мире инкуб Оливер хотя бы раз подумает, прежде чем подставить новенького, если случится заварушка.

Апвуд очень надеялся, что думает верно, что советы ушедшего деда не были совсем уж бредовыми.

+6

24

Как говорил один из сомнительных друзей Мэри, понаехавший в благословенную Америку из смешного Bryansk’a (будто кто-то в ведро харкнул): pizdets nahooi blyat
Мэри Лу не очень понимает, что это значит, но отчего-то уверена, что такое звуковое сопровождение идеально подходит к данной ситуации. Можно записать его на диктофон и поставить на бесконечный повтор, зациклить. Можно наложить бит. Будет еще лучше. 

Великолепно_просто_великолепно
Два часа она уламывает их выйти за несчастным пирогом, подышать воздухом, а эти, с позволения сказать, господа два часа кружат да нудят: да, пойдем, нет, не пойдем, ух, как пойдем, но нет, не пойдем. 
Еще и притащили с собой какого-то извращенца в теле женщины, который, ей Богу, не может ни руку пожать по-мужски, ни посочувствовать по-женски её беде с одеждой. 
- Отлично. Просто отлично, - больше разочарованно, нежели расстроенно тянет Мэри, задумчиво разглядывая собственную протянутую ладонь. Отчего-то неудобное и оскорбительное чувство протянутой и непожатой руки кажется ей до боли знакомым. Тысячи черных лиц, тысячи черных рук.
Пришла, разглядывая её как миленький торшер, как марципановую голубку на торте. Пришла, и спрашивает всех, кроме Мэри (а ведь её голос тут решающий). Пришла - и ни поприветствовать, ни руки пожать. 
Пришла - и спрашивает, будет ли Мэри Лу, изволит ли говорить с ними нормально?..
Ведьма сжимает ладонь в кулак.
Звенит тишина. Вот ведь сука - джинсы из подвала, туфли от Александра Маккуина. 
Бла-бла-бла, все это до зарезу надоело. 
Хотя... может, и из неё, из этой шишки, выйдет толк?.. Ей ведь не привыкать к резким сменам внешности?
- Привет, Сири. Вызови такси. Кафе “Умбрия”, двенадцатая авеню. 
Телефон в руках Иэна послушно подмигивает голубоватым светом. 
Щелкает шкафчик на стене - Мэри не оборачивается на звук. 
Оливер ведет себя плохо, но учтив почти так же, как Сири.

Никаких следов магии.
Нет магии - нет следов.

Мэри Лу задумчиво разглядывает ведьму напротив: совсем молодая, в казенной рубашке в горошек, в казенных же мешковатых штанах и носках с дыркой на пятке, она ошалело моргает, пытаясь понять, что произошло.
Мэри Лу очень нравится быть в голове, в которой уже прибрался Иэн Брекенридж. Все по полочкам, аккуратно, нет грязного вороха мыслей, картотека в полном порядке. Мозг еще помнит умные слова, пальцы еще помнят что-то кроме оттопыривания среднего.
Хотя нет, это они тоже помнят хорошо. Любопытная у тебя работа, Иэн Брекенридж! Или не работа... причем тут Карина?.. 
Интересно, понравится ли Иэну Брекенриджу в голове Мэри Лу, где в одной папке живут монстры из подкроватья, в другой - шизофазия с ограниченным словарным запасом, а в третью не заглядывайте, мы её просто так положили? 
Мэри Лу почти уверена, что ответа на этот вопрос они уже не узнают. 
- Будет через пять минут, - Мэри отрывает взгляд от карты на телефоне, - Я, Мэри и Апвуд поедем на такси. Вы двое ищете машину и едете следом. Оливер, ты за рулем. Постарайтесь не подраться.
Мэри Лу определенно нравится это тело и этот голос. А еще нравится, что Уэйн Апвуд - шестерка, которому все равно никто не поверит, если что-то вдруг пойдет не по плану во время поездки.
- Найдите ей что-нибудь из одежды.
Господи, какие очумительные туфли, как они громко цокают по плитке, когда женщина покидает медицинский блок.

По асфальту они цокают уже не так громко, но все равно шикарны.

[icon]http://s5.uploads.ru/IrFiP.gif[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

Отредактировано Jordan Harvey (2019-04-12 18:09:45)

+6

25

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon]Говорят, что для формирования новой привычки нужен всего двадцать один день. Врут, скорее всего. Иэну вон целых двести с хвостиком лет, и как-то не видать привычки перестраховываться по всевозможным фронтам. Хотя в последние пару месяцев он старается, а в последние несколько дней — так и вовсе превосходит сам себя.
Как будто часть самоуверенности и готовности прошибать лбом стены любой толщины осталась где-то в одном из смежных боксов, вместе с погруженным в стазис телом.

— Мы там каждый квадратный дюйм обнюхали. И что, — кривится, но все же не спорит. Достает телефон и рассеяно клацает по списку контактов, выискивая Байтела: не обеспечить на месте дополнительную подстраховку кажется ему верхом глупости. — Уэйн, только предупреди Аншеля, а то... — не договаривает и едва заметно покачивается на месте, трет переносицу точно в приступе внезапно накатившей и так же быстро отпустившей мигрени.

Иэн рас...
(растерян? расстроен?)
...рассматривает себя и не_себя одновременно. Это не шокирует, не пугает, не удивляет и даже не удручает. Это...
Иэн несколько раз открывает и закрывает рот, хватая воздух; почти цепляет нужные слова и мысли. Они разбегаются как тараканы при включенном свете, просыпаются сквозь пальцы с обгрызенными ногтями и только-только поджившими заусеницами.

Надо держать себя в руках.
Он держит, крепко держит; то так, то эдак выламывает по-прежнему хрупкие, но уже другие запястья. Мотает головой из стороны в сторону и крепко-крепко жмурится, потому что иначе совсем тяжело. В голове — мешанина из чужих мыслей, слов, образов и воспоминаний; они наслаиваются одно на другое, путаются сами и путают его самого.

— Нет-нет-нет, неа, нет, никакой двенадцатой авеню, никто никуда не едет, — слегка ошалевший взгляд скользит с Оливера на Уэйна, а с него — на какую-то усредненную одежду, воплощенную серомышиность. Логические связки осыпаются, так и не выстроившись; интонации уезжают куда-то вверх. — Я же говорю, нет! Двенадцатая авеню, и вот ну куда вот это годится? — руки демонстративно встряхивают тонкий свитер; Иэн замолкает, словно из легких внезапно откачали кислород.

Все не так, все не то. Тушка мертвого суккуба напрокат — это одно, а вот это... Совсем не то, что нужно. Он судорожно щелкает пальцами. У Мэри Лу в голове кавардак, продираться через который — совсем не per aspera ad astra.
А в Задверье всегда ночь, а Мэри Лу совсем не умеет искать созвездия, а Гончие псы...

Иэн ведет головой и до боли заламывает палец на левой руке. Думать становится немного легче. Не настолько, чтобы представить, как все это выглядит, но все же.

— Оливер, верни ее, живо, — жестом проще, чем словами; тонкая рука указывает на коридор. — Она не... Это не я. Нет, вы что, не поняли?.. — свитер так свитер, джинсы так джинсы; Иэн не выпендривается и уж тем более не смущается чужого присутствия, только смотрит очень недобро на Апвуда с Сэндменом. Ладно Хейз, но эти-то... А еще маги, называется.

— Она что-то сделала, — предпринимает вторую попытку. — Она... Она нас поменяла. Телами. Мэри, — беспомощно жестикулирует, не умея объяснить так, чтобы вышло нормально. — Я не понял как, но... Оливер, с каких пор тебе дважды повторять надо? — мысли лихорадочно скачут, надолго сосредоточиться на одной не получается.

Кроме той, что вот сейчас выпускать Мэри Лу в город — абсолютно точно плохая идея. Иэн с уверенностью танка прет следом за ней. Раз коллектив подобрался не очень умный, он постарается все сделать самостоятельно.

+6

26

Дверь в палату открывается почти бесшумно.
- Мэри, детка, из-за этих оболтусов ты опять пропустила обед! Бедная девочка, - медсестра-суккубша напрочь игнорирует присутствие троих мужчин. Они на её территории и в её власти. Захочет - витаминку даст, захочет - клизменная будет к их услугам. На бледного мужчину, в уличной одежде рассевшегося на крахмальной больничной кровати, медсестра и вовсе смотрит недобро.
Она поджимает полные губы, подведенные сливовой помадой.
- Господа, Мэри пора принимать лекарства, - будто между делом легким движением ломается ампула, скрипит о стекло игла, вытягивая препарат до последней капли. Тон суккубши возражений не терпит, но смягчается, когда она обращается к ведьме, - Мэри, ты сегодня президент или Сплинтер? Или, может, Люк Скайуокер? Господи прости, надеюсь, у сегодняшнего твоего воплощения есть задница.
Похоже, посетители не намерены покидать палату. Медсестра хмыкает. Что ж, плечо тоже сойдет.
- Мэри, детка, подними рукав.
Салфетка со спиртом холодит кожу ведьмы. Медсестре же не придется снова звать на помощь санитаров, чтобы сделать один малюсенький, как укус комара, укол? Верно, Мэри?..

Мэри Лу убирает волосы за ухо и прикрывает глаза от ветра и солнца. Такси прибудет через три минуты. Или вон оно, уже паркуется?
Сколько мужчин нужно, чтобы одеть и вывести из медблока одну маленькую ведьму?
Чего возятся, непонятно.

[icon]http://s5.uploads.ru/IrFiP.gif[/icon][status]королева массовки[/status][nick]Mary Lou[/nick][lzvn]галоперидольная фея[/lzvn]

Отредактировано Jordan Harvey (2019-04-13 17:47:01)

+4

27

Оливер немного отчужденно смотрит на протянутую руку Мэри – вздрагивает, когда Иэн врезается в него, медленно поднимает взгляд на лицо девушки.
Мэри, ты разочарована?
Мэри, это потому что ты хотела пожать руку новому гостю или потому что ты хотела этим что-то сделать?
Мэри Лу то ли сложнейшая головоломка, то ли настолько примитивная загадка, что ответ лежит на поверхности, но его никто не видит – каждый смотрит глубже, ищет подвох и подводные камни.
У Мэри поджимаются губы, она бормочет себе под нос – и теперь она поднимает взгляд на Брекенриджа.
Хейз оборачивается на щелкнувший шкафчик.

«Я сделал, что мог».
На самом деле, нет – можно было забить тревогу на весь медицинский блок, чтобы не вздумали выпускать девушку, но Оливер тоже заинтересован в поиске ответа на, возможно, один из главных вопросов Порядка на сегодняшний день. Одобрение прогулки Иэном означает, что либо они все дружно в этой комнате поехали кукухой, либо с ними все-таки все в порядке.
Однако в груди что-то мерзко сворачивается, ворочается и заставляет поморщиться, когда начинается основная движуха.

Он не так уж хорош в психологии и в чтении окружающих, чтобы с ходу заметить какие-то подвохи – но слишком пристальное наблюдение за Мэри в последние секунды заставляют инкуба недоумевающе вскинуть брови на резкое изменение в её поведении.
Шаги Иэна звучат уже совсем далеко в сторону выхода из блока.
Мэри обращается к нему по имени.
Мэри не хочет никуда идти.
Мэри хочет теперь быть главой инквизиции Двора Порядка в Портленде – незавидное решение, если честно.
Мэри Мэри Мэри Мэри…
«Не заигрались ли мы в игру Мэри Лу?»

– Здесь вообще-то…
Поймав угрожающий взгляд медсестры, Оливер вскидывает руки в примирительном жесте, но недовольства не скрывает – нет, ну где это видано вообще? Он обещает себе как-нибудь обсудить вопрос подобных вмешательств во время задания – у них тут, конечно, не допрос, но вполне себе важная беседа, а еще девушку желательно вывести в нормальном состоянии из Двора, если они хотят что-то от неё добиться.
Хейз не уверен, что вообще выгорит из этой затеи.
Но, может, хоть киш действительно вкусным будет.

«Президент? Сплинтер?»
По пути на выход инкуб чуть ускоряется, чтобы осторожно перехватить Апвуда за локоть и заставить притормозить.
– Запиши мой номер и звони или пиши, если тебе что-то покажется неправильным.
Иэн это догадается сделать сам.
Хейзу не нравится это разделение по машинам, причем в таком виде, Хейза что-то постоянно цепляет изнутри, но он пока не может понять, что именно.
Возможно, ему стоит выучиться на психиатра?
Он испепеляет затылок ведьмы взглядом, отпуская Уэйна и отставая от него на пару шагов.
Мэри Лу и по началу не вызывала в нем тонну симпатии, но теперь перестает нравиться вовсе. Сцена из палаты – последняя сцена – совсем не желает выходить из головы, кружится в мыслях, словно Оливер вот-вот все-таки готов ей поверить.
Разве её не устроила игра по правилам? Такая уж ведьма безумная?
Этот вопрос не дает ему покоя, хотя гениальность в их случае не делает ситуацию лучше – и входит в общую картинку идеальной деталью мозаики.

– Ну, какие мысли?
Хейз заводит двигатель и смотрит на хаосита, когда автомобиль начинает возмущаться из-за отсутствия ремня на пассажире. Инкуб, соблюдающий правила безопасности, даже звучит смешно, но оправдываться перед Сэндменом он точно не собирается.
Двигаясь следом за такси, Оливер начинает прокручивать все происходящее в палате в обратном порядке.
Почему она сказала, что Харли не тот, кого за себя выдает? Хаосит, маг, все соответствует документам – что-то, конечно, можно скрыть при сильном желании, но лишь «что-то».
Она не... Это не я. Нет, вы что, не поняли?
Мэри, ты сегодня президент или Сплинтер? Или, может, Люк Скайуокер?
«Потому что Мэри нравится врать?»
Инкуб завершает маневр на последней секунде разрешающего сигнала светофора, совершенно не желая терять такси из вида хотя бы на несколько секунд.
«Или ей нравится прикидываться кем-то другим?»
Но почему она перед ними сделала это лишь раз?
Оливер опускает взгляд на мобильник, однако никаких вестей от Апвуда нет.
Ему это все решительно перестает нравиться.
– Хм, такой вопрос… Она говорила про пирог твоей мамы. Не хочу знать подробностей, но в её словах есть что-то соответствующее действительности – или это полный бред?
Либо он будет пытаться искать истину в её словах, либо не верить ни единому слову.

+4

28

Неправильно.

Харли предпочитает крепко дружить со своей головой, особенно когда мозг посылает предупредительные сигналы один за другим: если что-то кажется из ряда вон выходящим, это почти всегда означает, что на картину стоит взглянуть с новой стороны. Очевидная проблема заключается в том, что неправильно вокруг совершенно, мать его, все.
И мертвая женщина в роли главы инквизиции — в первую очередь.

Он подмечает короткую заминку, и то, как меняется поведение Мэри Лу, секунду назад горевшей желанием покинуть больничную палату. Настроение у ведьмы скачет каждые полминуты, что тоже ни капли не упрощает ситуацию: то она дружелюбна и болтлива, то замыкается и капризничает; теперь же, добившись своего, резко сдает назад, в чем он улавливает одновременно и подвох, и закономерность.
(довольно логично, на самом деле, когда речь идет о душевнобольной дурочке: вот я хочу, а вот уже не хочу, хи-хи, сами виноваты, слишком долго решались)

И все-таки, что-то цепляет практически за живое. Харли смотрит по сторонам, пытаясь собрать ощущения в кучу. Законники, чтоб их: вместо того, чтобы объяснить ситуацию словами через рот, устраивают молдавский цирк с конями и огнями. Он тихо фыркает — отлично; раз так, и все вокруг делают вид, будто ситуация полностью находится под контролем, придется играть по установленным правилам. Харли больше не спрашивает, почему ими заправляет труп, потерявший посреди фразы свой британский акцент (спасибо, что не голову).
Хотя ему все еще интересно, с чего вдруг этот же акцент, пусть совсем легкий и ненавязчивый, появляется у Мэри Лу, но задавать вопросы и снова нарываться на чужое высокомерие? Нашли мазохиста.

(интуиция кричит на харли матом — он отвечает ей тем же)

Самым странным кажется деление по автомобилям. Он думает, что или Брекенридж — идиот (что в контексте должности все-таки слишком; даже для законника), или его эго граничит с Хорватией: после того, как ведьма запросто прогнула выставленный щит, брать в качестве подстраховки одного лишь Апвуда? Почему они вообще берут с собой Апвуда, неужели во всем медблоке нет ни одного свободного целителя с уровнем и опытом?
Харли стоит, насупившись, как мышь на крупу — в чужой монастырь, да-да, вот это все, но высказаться хочется, и хочется очень сильно.

(дейрдре говорит, ему лучше держать язык за зубами)
(«заткнись и делай, что тебе сказано, харли»)

Машина противно пищит, сообщая, что он забыл пристегнуть ремень безопасности. Харли пялится на дорогу и надеется, что весь этот фарс скоро кончится; несколько минут проходят в блаженной тишине, а потом...
— Прости, что? — неприязненно уточняет он.
Так и тянет, вспомнив кое-чьи интонации, сказать «ты имеешь что-то против пирогов моей мамы?».

Вместо этого он отворачивается к окну и всем своим видом дает понять, что законники могут идти туда, где не светит солнце.
И пусть возвращаются, когда научатся работать нормально.

+4

29

Умбрия. Уэйн смутно, по тиндерным мимолетным встречам, помнил это место – не дорогое, и не дешевое, много разных сортов кофе, маффины. На лейтенантскую зарплату, вроде как, и сойдет. Кажется, он не видел там пирогов, разве что, со сладкими начинками, но мог и ошибаться. Сумасшедшие бывают досконально правыми в деталях того, что помнят. Они делают глобальные ошибки. Например, считают звезды следящими дырками в небе, а убийство людей долгом перед матерью. Но вот о количестве грибочков в пироге они могут быть тысячу раз правы. «Алло, это спичечная фабрика?! Я одиннадцать лет пересчитываю ваши спички – у вас в коробке то пятьдесят восемь, то шестьдесят три, а то и вовсе шестьдесят! Вы там с ума все посходили, что ли?!»

А о чем еще думать? Он решительно ничего не понимал, но с ним в машине был глава Инквизиции, а значит и понимать нечего – посматривай себе сквозь Тень на состояние дам, смотри за давлением, да и ехай себе спокойно. Таксист-сикх умело и нагловато вел, вертя по сторонам оранжевым тюрбаном. Сам Апвуд сидел рядом, затылком ощущая успокоившийся после укольчика взгляд пациентки. Почему-то целитель был уверен, что сидящий с ней рядом на заднем сидении инквизитор тоже беспрестанно сканирует состояние Мэри Лу, но слишком умело, незаметно для Апвуда.

Уэйн задумался, смотрел в окно. Аптечка покоилась на полу, между его ног, в руке был зажат телефон. Экран то и дело гас, стараясь спасти энергию (и тут бедный Уэйн его понимал, как никто), но маг будил его пальцем, вызывая к жизни второпях набранный номер Хейза. Воспользовавшись бездействием, Апвуд сохранил новый контакт, на пару секунд задумавшись над именованием. «Оливер». Где-то внутри смутно и терпко скребло прикосновение Хейза, плечо еще чувствовало его пальцы. Нет, вряд ли тот использовал свои инкубовские приемчики – к чему бы? Да и было всем не до того. Просто что-то было в этом Хейзе. Просто, «по-человечески».

Апвуд немного дернулся, сгоняя мурашки с затылка на спину, и отмахнулся от мыслей об инкубе – подумает об этом позже. Сейчас нужно хотя бы попытаться просчитать ситуацию. Нет, Уэйн не обманывался на свой счет в плане аналитических способностей – стратег был из него нулевой. Реакция у флотского медика была неплохой, в критическом моменте он мог бы и что-то полезное «выстрелить», а вот предугадывать – это он справедливо оставлял тем, у кого и труба повыше, и дым покучерявее. Но попробовать-то можно? Если Мэри Лу что-то выкинет в людном месте? Кого спасать? Людей или иных? Или Мэри Лу? Сложно. Как Законник, он должен попытаться спасти людей, как врач – свою безумную пациентку. А если она обратит свое безумие на иных, то надо спасать иных, не взирая на сторону силы и ранги. Да и самому бы уцелеть. Но это последнее.

- Мэм.. кхм.. Сэр, - косясь на таксиста, Уэйн обернулся к Иэну, - может, позволите мне войти в кафе первым, убедиться, что всем будет хорошо?

Тратить силу на отвод внимания водилы не хотелось. Наверняка, законник-инквизитор и сам подумал о том, что на персонал и посетителей лучше повлиять и вывести из помещения до того, как туда впустят Мэри Лу. На миг Апвуду показалось, что в глазах женщины-Иэна проскочила насмешка. Обидно не стало – глупо тому, кто не разменял и четвертого десятка, обижаться на тех, кому за сто. Было лишь немного странно – пусть Уэйн работает при Дворе недолго, но успел заметить, что руководители над новичками обычно не смеются. Наверное, давно потеряли к этому интерес. Наверное, ему просто показалось.

+4

30

[icon]http://s8.uploads.ru/OWIEb.jpg[/icon]На медсестру он смотрит в высшей степени недобро, исподлобья: милая деточка, тебе здесь не рады и очень сильно. По крайней мере, ему так кажется. По крайней мере, слюни на пол не пускает — и то хорошо.

Выцеплять связные словесные конструкции из того, чем Мэри Лу пользовалась вместо мозга очень, очень нелегко. Работа чужого искореженного сознания напоминает попытки сосредоточиться в помещении, где все присутствующие разом говорят, слушают музыку, запускают громко жужжащую технику и вообще производят всяческий разноплановый шум. По итогу остается только глухое раздражение и головная боль. И нулевая продуктивность.
Хотя бы осознает, что орать прямо сейчас, что не Скайуокер, а Брекенридж и притащите самозванку обратно, будет в высшей мере контрпродуктивно. Постельный режим и мягкие оковы с букетом транквилизаторов в придачу — совсем не то, что Иэн хочет получить ко Дню благодарения.

Иэн опускает рукав и рассеяно трет место укола. Претензии к Мэри Лу обретают очень личный характер.
(спасибо, что не электроконвульсивная терапия, конечно, и все же)

В такси все оказывается еще хуже. Тепло, мерное бормотание радио, фоновый шум из-за окон… Иэн молча таращится в затылок Апвуда, силясь подавить зевоту. Он не идиот, чтобы затевать что-то в такой близости от Мэри, которой не потребовалось ни ритуалов, ни изматывающих заклинаний. Остается надеяться на метаболизм, к которому он так и не привык: если разбитый нос заживает буквально за минуту, то седативы из крови...

В поле зрения маячат ноги в дизайнерских — спасибо Вилескасу за терпение — туфлях. Метаболизм, ага. Только радости от возвращения в почти человеческое бытие Иэн как-то не ощущает.

(на периферии сознания крутится еще какая-то более важная мысль, но поймать ее не легче, чем утренний сон)
(в отдел лицензий пора и второму Брекенриджу? Похоже на правду, но все равно не то)

Отчасти эти мысли помогают бороться с действием препарата. Сперва инцидент в Кримзоне, а теперь это. Эта. Оправданий можно придумать много, но в реальном мире они не значат ровным счетом ничего. Иэн с силой цепляется за запястье, принуждая себя соображать, что делать.

Можно и нужно звать на помощь всю королевскую конницу, всю королевскую рать. Только сперва убедить и тех, и других, что начальство снова поменяло внешний вид и вообще по пятницам предпочитает быть полоумной блондинистой ведьмой.
А вот и оно.
Иэн очень сильно не уверен, но других вариантов у него попросту нет.

— Ее нельзя туда. И ты все еще не предупредил Аншеля, — больших усилий стоит захлопнуть пасть, потому что сознание подкидывает пространную речь, где и про кафе, и про Аншеля, и про бейглы и верность богу и короне в перспективе.

— Мы не едем в кафе, — тихо подытоживает, прикрывая глаза. Лекарства мешают, сухость во рту мешает, Мэри Лу мешает, почти физически ощутимый образ чего-то со вздыбленным загривком перед глазами мешает чуть ли больше всего — магия требует концентрации, а концентрироваться в подобном состоянии...

Как хорошо, что электроника чувствительна к магии. Не надо заклинаний, достаточно влить совсем немного энергии, чтобы парализованное электронное нутро тачки выдало ошибку. В кафе они и впрямь больше не едут, в особенности после того, как в бампер их догоняет едущая сзади машина. Хочется верить, что там все пристегнулись и в порядке. Вот у Иэна нос болит от резкого столкновения со спинкой водительского сиденья, но важно не это.

От магии полоумной ведьмы наконец-то остаются ощутимые для иных в целом и Уэйна в частности эманации. Совсем изменившийся профиль силы — что-то новенькое, верно?

А мертвые суккубы колдовать не умеют.
Иначе все догадаются, что никакие они не мертвые суккубы.

+5


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » квесты » a girl has no name


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC