...пока что в пьесе не мелькает его имя в ремарках, а лаять они с Комендантом в присутствии подавляющего силой начальства приучились по команде.
Сложно упрекнуть Фаворита в том, что даже невзначай сказанная фраза у него громче призыва «рви». [читать далее]
14.04.19 подъехали новости, а вместе с ними новый челлендж, конкурс и список смертников.

dial 0-800-U-BETTER-RUN

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » альтернатива » будь моей песней


будь моей песней

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

http://s8.uploads.ru/HJjBX.jpg http://sd.uploads.ru/CSneU.gif http://s8.uploads.ru/b2r7Y.jpg
волшебство мое & ночь моя;
1990е, январь, Москва;

Придет пора преображенья,
Конец житейского пути,
Предсмертной муки приближенье
Заслышу в ноющей груди,
И снидет ангел к изголовью,

Крестом трикраты осеня,
С неизъяснимою любовью
И грустью взглянет на меня;
Опустит очи и чуть внятно,
Тоскливо скажет: "Решено!"

[status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][nick]Ilya[/nick][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]
[icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Stanislav Boyko (2019-02-09 22:42:09)

+1

2

- Блять... - Илья приваливается боком к кирпичной кладке и приподнимает ладонь, рассматривая залитую кровью куртку, под который виден белый бадлон - подраный, грязный. Он бы давно залечил рану, если бы не потратил все силы на операцию: сложную, отнявшую практически весь день, вступая в конфронтацию с противником такой силы, что Илья даже не думает о том, сколько ему пришлось убивать и выпивать собственных сородичей, чтобы добраться до этого уровня. Но поделать было ничего нельзя - приказ есть приказ, да и в Хаосе никто никогда не одобрял, если ты начинал плохо вести себя: угрожать вышестоящим лицам, пытаться шантажировать тех, в чью сторону даже старались не смотреть хоть как-нибудь косо, потому что даже по меркам Хаоса это считалось дерзостью. Никто не любил, когда ты выносил важные документы из места их постоянного хранения, никто не любил, когда снимал копии и множил их, чтобы распространить среди тех, кто не имеет ко Двору никакого отношения, а потому приговор для всех был одинаково суровым, да и как правило просто одинаковым. Отличие всегда было только одно: за тобой приходили рядовые инквизиторы, если в твоих способностях не было ничего сверхвыдающегося, либо за тобой посылали "лезвий", если в тебе было на что посмотреть. Нередко случалось так, что лезвия не возвращались с задания, но тогда их смело заменяли свежими, еще не так сильно пуганными идиотами. Но, они хотя бы не практиковали дедовщину - и на том спасибо большое.
Илья отличался ото всех остальных лезвий - он всегда выживал, всегда выкарабкивался из настолько серьезного дерьма, что становилось понятно: шлюха Судьба любила его как-то по-особенному, как-то извращенно, как садист любит свою жертву, но любила. А Илья старался не заигрывать с ней слишком сильно, потому что шлюха она и в Африке шлюха - обидится, уйдет к другому, кто богаче, перспективнее и лучше знает, как усмирять таких потаскух. Хотя, иногда не заигрывать не получалось в силу должностных обязанностей, буквально вот как прямо сейчас, когда он все-таки добирается до нужного подъезда и плюхается на скамейку, кое-как закуривает и выдыхает дым, запрокидывая голову назад, рассматривая тяжелое ночное небо, подсвеченное тусклым фонарем. Один щелчок пальцев и фонари ему не помеха, но сил нет даже на это. Проходящая мимо благообразная старушка - хотя, все старушки благообразного порядка уже давно спят - смерила его взглядом, полным испуга, ускорила шаг. Кровь никого не пугала уже пару лет,  вот те, кто был ею покрыт - легко. В темноте его раны не видно, так что не понятно, откуда она вообще там взялась.
Выбросив окурок, Илья поднимается и заходит в подъезд, матерясь, что блядский лифт опять не работает, придется переться на двенадцатый этаж пешком и лучше с этим не затягивать - в глазах уже мутнеет.
Несколько раз споткнувшись, один раз едва не упав и три раза посидев на подоконнике, чтобы перевести дух, Илья все-таки доходит до самой дальней двери на этаже, стучится - ключом в замок все равно не попадет - слабо, вяло, кисло улыбается, когда дверь ему все-таки открывают.
- Я пришел... Молока не купил, магазин уже закрыт прости.

[status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][nick]Ilya[/nick][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]
[icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Stanislav Boyko (2019-02-09 22:42:19)

+1

3

Не всем предназначено стать великим. Или хотя бы чем-то запоминающимся.
Игорь знает это, как никто другой.
Пустышка, сидящая в кабинете в стопках бумаг, бедолага, неспособная переступить барьер выше пятого уровня, пока все вершат новые дела, пользуясь обостренной обстановкой в стране, он сидит за своим столом, сводя бесчисленные цифры и таблицы в логичную и наглядную демонстрацию нынешнего положения Хаоса.
Исчезни Игорь, появись кто-то новый – никто и не заметит подмены. Возможно, даже вампирша, сидящая за соседним столом и занимающаяся тем же самым.
Игорь пользуется этим так лихо, что сам удивляется в глубине души собственной смелости и – как бы это назвали в отделе инквизиции – борзостью.
Но, в итоге, его все-таки заметили.
И теперь Игорь просто не знает, что с этим делать.
Бумажная волокита продолжается и дома. Раньше он мог задерживаться на работе до самого позднего часа, а теперь, оказывается, его кто-то может ждать.
Игорю непривычно. Игорь подстраивается под новые правила игры, смотря на Илью украдкой, пока тот занят какой-то рутиной и, скорее всего, не видит.
Игорь солжет, если скажет, что ему не нравится.
Бумаги превращается в стопки, стопки формируются в папки, папки подписываются и укладываются в коробки, завтра коробки отправятся назад во Двор и займут свои архивные полки. Память у него отличная, с ходу может назвать место, где нужно искать ту или иную информацию. Кажется, это вообще единственное, напротив чего можно поставить оценку «отлично».
Рука замирает над очередной справкой, польза которой не соответствует даже куску туалетной бумаги. Закрой свою пасть, Игорь, и делай свою работу – твое мнение здесь никому не нужно.
Рука замирает, потому что Игорь сначала слышит, потом чувствует. Запах сигарет (ему не нравится, когда Илья курит, но он молчит – вполне привык), затем крови. Уровня (и опыта) не хватает, чтобы с ходу определить, кому эта кровь вообще принадлежит, однако играть в «гадалку» он не хочет.
Перевертыш распахивает дверь, испуганно смотря на мужчину перед собой.
Игорь не понимает, почему он сейчас одновременно раздражен и пытается не дать панике накрыть себя с головой. Он подается вперед, подхватывая Илью, шипит что-то на шутку про молоко и помогает магу зайти внутрь, ногой захлопывая дверь.
– Ты…
Замолкает, понимая, что слова уже ничего не изменят, только отберут время.
Да, конечно, Игорь, ты же понимаешь, что такое связаться с элитным отрядом инквизиции – их долговечность сравнима с русской рулеткой.
Он помогает Илье пройти вглубь квартиры и усаживает на кресло. Руки подло трясутся – он не знает, что ему делать – и Игорь попросту не знает, куда их деть.
– Показывай рану. И говори, что мне делать.
«Пожалуйста, только не отключайся. Пожалуйста».
Вариант впасть в истерику кажется очень заманчивой идеей, потому что Игорь силен в экстремальных ситуациях, когда цифры не сводятся с тем, с чем должны.
Когда перед ним сидит вполне себе смертный маг (очень важный ему маг), истекающий кровью, он все-таки начинает немного (очень сильно) нервничать.

[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

+1

4

Не всем предназначено быть великими. А ему и не очень хочется.
Вы удивитесь: все, что ему было нужно в самом начале, это просто стать немого сильнее, чтобы вытянуть из ямы собственную мать - последнего близкого ему человека во всем огромном мире.
Как он думал тогда.
И Двор Порядка совсем не был тем местом, в котором он может быстро перескочить через несколько уровней, чтобы не потерять ни единого лишнего мгновения, потому что, если для одних время, это деньги, то для него время - чужая жизнь. А потом все само как-то сложилось, само пошло по накатанной, а Илья плыл и плыл по течению, не обращая внимания на мелькавшие рядом с ним лица, не смотря на уплывающие вдаль события, потому что у него просто не было времени: он должен раз за разом пробивать лбом очередную стену, вкладывая в это весь свой потенциал, вставая на очередной границе и понимая, что еще один рывок и он попросту потеряет все, что успел собрать.
Но пока что он теряет только мать и остается один. Совсем один, никому не нужный, никем не оцененный. Без цели, без желания жить.
Поначалу он просто несется вперед, как будто ищет собственной смерти, как будто больше в этом мире нет совершенно никакой ценности, как будто он то ли бессмертный, то ли совсем слетел с катушек, озверел, превратился в тех, про кого даже Хаос говорит с опаской. Так и умудрялся выживать на своей дерьмовой опасной работе, даже не обрадовался, когда его сделали "лезвием" - потому что тогда у него будет гораздо больше поводов и причин сдохнуть бесславно, уйти незаметно.
И он ушел бы, если бы очередным утром, когда скорее хочется зарыться поглубже под землю, не столкнулся с ним: со слабеньким первертышем, которому сама жизнь поставила над головой преграду, выше которой он никогда в жизни не сможет прыгнуть. Значит, кто-то должен подсадить. Или хотя бы поднять к себе на спину и нести веред, потому что больше идти уже невозможно.
И он снова понял, что причины жить есть, что умирать пока что рано, и что можно драть глотки ради еще кого-нибудь, при условии, что он будет смотреть на тебя ровно таким же взглядом, каким иногда смотрит Игорь.
Не таким, как сейчас. Сейчас Илье начинает казаться, что Игорь попросту собрался коньки отбросить, но если он скажет, что это ему не нравится, то соврет - Илье нравится знать, что кто-то испытывает к нему нечто подобное, нечто такое, о чем он успел забыть за три десятка лет гонки с Смертью.
- Прежде всего, успокойся, - он хочет поймать руки Игоря, сжимать их до тех пор, пока не перестанут дрожать, но тогда он окончательно истечет кровью, - На кухне, крайний левый шкафчик. Темно-зеленая склянка, - дает он короткое указание, - И еще в тазик воды налей и оторви кусок чистой простыни. Давай, не стой столбом: я не сдохну прямо сейчас. Может, к утру, если рухнешь в обморок, - маг мотнул головой и принялся аккуратно стаскивать с себя куртку, потом бадлон, шипя от боли.
Он врет - он не умрет. Просто не сможет себе позволить бросить Игоря здесь одного, как это когда-то сделала его мать, оставляя сына на произвол судьбы, просто не сможет. Потому что он не сможет жить нормально на том свете, зная, что за Игорем больше некому присматривать.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

5

Игорь хочет огрызнуться (напомнить, что клыки у него все-таки появились), что он спокоен, но молчит – безупречно лгать он умеет, но сейчас не тот случай. Сердце колотится в груди так, что практически заглушает голос мага, и это раздражает.
Раздражает, что он такой слабый и не может решить проблему без помощи Ильи, которому действительно в пору прикрыть глаза и выдохнуть, зная – его не оставят помирать.
Он кивает на все, что сказал инквизитор, даже игнорирует шпильку про обморок – ну, как, потом припомнит, конечно – и ретируется на кухню, повторяя в голове сказанное, как мантру и пытаясь успокоиться.
Игорь мог бы воспользоваться ситуацией, воспользоваться возникшей слабостью Ильи и преодолеть свой барьер – но от одной мысли о необходимости кого-то сожрать перевертыша начинает тошнить. Особенно от мысли, что это может быть сидящий в гостиной мужчина. Он готов вечно оставаться на своем пятом уровне, что его, по сути, полностью устраивает – убийца из Игоря так себе, как и любитель сырого мяса, несмотря на его истинную природу.
Бракованный перевертыш, иначе и не скажешь.
Илья так почему-то не считает (это вызывает у Игоря вопросы). Илья возится с ним и не видит в нем того, кого видят все остальные.
Игорю трудно поверить, что в этом нет никакого подвоха.
Но Игорь очень старается.
– Я принес. Что дальше? – Он смотрит на таз с водой и понимает, что забыл простынь. – Блять. Сейчас.
Резким движением дергает дверцу комода, из-за чего та едва не вылетает из петель, и вытаскивает первый попавшийся предмет постельного белья – рвет ткань прямо руками, в последнюю секунду задумываясь, что даже не знает, какой размер подойдет больше.
«Оторву еще».
– Так пойдет? Что мне делать?
Игорь старается держать себя в руках и у него даже неплохо получается.
По крайней мере, ему так кажется. До тех пор, пока он не опускает взгляд на рану.
Это выглядит хуже, чем он представлял (что вообще может представить офисный обитатель, который видел разве что царапины от канцелярского лезвия?) – но в обморок Игорь все еще не падает и, кажется, даже не бледнеет.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-10 00:07:11)

+1

6

- Я тобой горжусь, - звучит, как сарказм, но на самом деле это больше бред от большой потери крови, или что-то очень похожее на опьянение или отравление какими-то наркотиками. По крайне мере, Илья так себя чувствует и боится подумать, что ему уже начинает нравится - хоть каждый день ходи на какое-нибудь задание и подставляйся.
Хотя, нет. Теперь ему нельзя - теперь Игорь будет волноваться так, как за него не волновалась его мать, а его мать за него вообще никогда не волновалась, он вообще помнит ее больше в беспамятстве от этого самого наркотического опьянения. Хреново быть магом-алхимиком, которого оставили с младенцем в одиночестве, с какой-то болезнью, которую она пыталась лечить, но потом просто глушила лекарствами, постепенно переходя на кое-что посерьезнее.
А вот Игорь волнуется, вот даже забыл простыни кусок оторвать, побежал. Илья криво улыбается и переползает на диван, заливая теперь кровью и его - вот поправится и придумает что-нибудь такое, чтобы пятна сами выводились, хотя в уборке тоже есть свои плюсы и свой шарм.
Ладно, его несет в сторону, он начал постепенно терять сознание, лицо вернувшегося Игоря плывет перед глазами.
- Моло...дец.... Ть-теперь быстро промой р-р..рану... - когда это у него язык стал заплетаться? Хреново. Надо бросать курить, - Чтобы кожа б-б-была чисфы...чистая, блять, - Илья делает над собой ощутимое усилие, - И после... - он показывает на склянку, - Вокруг намажь и внутрь раны - п-просто зафл...залей всь тюбик.
Илья выдыхает и закрывает глаза, безвольно опускает голову на диван и больше не подает никаких признаков жизни ровно до тех пор, пока варево, которым его обработал Игорь, не заканчивает свою работу, не восстанавливает свою работу, запуская и механизм восстановления магии.
Илья задумывается, прислушивается к себе и на глаз определяет, что он жив: потому что слышит шум в ушах, потому что чувствует какую-то тяжесть то ли во всем теле, то ли только на плече, потому что вокруг пахнет этим самым варевом. А в раю не может пахнуть ничем подобным. Там пахнет лимонами и сахаром. И еще крепким горячим чаем, налитым в те кружки, что звенят по дороге на его малую родину, если ехать поездом. Вот там да - как почувствует все это, так сразу поймет, что подох. А пока что живой, и Игорь тут рядышком, Илья даже может его обнимать - это самое приятное, но очень похоже на Чистилище: как будто их уже нет, но все еще разлучить никто не может.
- Наболтай мне морсу? Там на балконе в углу еще банка с вареньем должна быть, - говорит он сипло, - Только много не клади, а то приторно будет. Не люблю, когда приторно...
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

7

Он видит, что взгляд мага больше не фокусируется на нем – и это пугает. Он не знает, что ему делать, если мужчина на диване сейчас отключится.
Он не знает, что ему делать, если инквизитор сейчас умрет.
– Илья? – Зовет тихо, часто моргая и хватая его за руку. Несколько раз кивает, хватаясь непослушными руками за тряпку и смачивая её в воде.
Он справится (у него нет выбора), это всего лишь рана, пусть серьезная, но Илья ведь и не такие получал, правда?
Во рту пересыхает, Игорь хочет перемотать время вперед (или назад), где все будет спокойно и хорошо, Илья будет цел и здоров, легко подшучивать над ним и вызывать недовольство во взгляде своим курением.
Игорю кажется, что все вокруг теперь в крови – вода, кусок простыни, мебель, пол, их одежда. В пору обратиться в волка и выть на луну от того бурления эмоций в его груди, но сначала нужно помочь и сделать все, что сказано.
Тюбик удается открыть со второго раза, и Игорь несколько секунд с сомнением вдыхает специфичный запах, пока смотрит на уже вымытую рану – лишь после подносит склянку и вливает внутрь, не давая вновь начавшей сочиться крови ухудшить ситуацию.
Игорю страшно, потому что он не хочет вновь остаться один – вот уж правда щенок, не желающий лишаться того, к кому так сильно привязался, разве что хвостом осталось завилять на радостях. Игорь одновременно счастлив и хочет выгрызть себе самому лицо, потому что знает, как несправедливо он поступает по отношению к Илье.
Он подумает об позже, потому что сейчас перевертыш чувствует лишь жуткое волнение.
¬Илья не подает признаков сознания, но хотя бы дышит. Уже хорошо.
Игорь вновь не знает, что ему делать. Первым делом хватается за таз и порывается пойти вылить его содержимое, но идея оставлять мага одного доверия не внушает. Игорь ставит таз назад, топит в ней простынь, закрывает уже пустой тюбик и кладет рядом. Беспомощный взгляд обводит возникший хаос в гостиной, и Игорь, старающийся сохранять в квартире порядок, даже не дергается в сторону попыток это все быстро убрать.
Вместо этого перевертыш забирается с ногами на диван рядом с Ильей, усаживаясь немного боком, зажимает руку мужчины между своими ладонями и прижимает её к себе, рефлекторно нащупывая пальцами точку, где чувствуется слабоватый пульс.
Но он чувствуется – и с каждым ударом живого сердца Ильи перевертыш понемногу успокаивается.
Игорь не должен так сильно волноваться за одного из самых опытных инквизиторов московского Хаоса, но ничего не может с собой делать. Цифры поддаются логике, эмоции и чувства – нет.
Сиплый голос мага едва не заставляет его подорваться с места.
– Да. Конечно.
Он едва не наступает в этот злополучный таз, на всякий случай отодвигая его ногой, и залетает на балкон. Свежий воздух немного отрезвляет, заставляя его все-таки прийти в себя и собраться с мыслями.
Через несколько минут Игорь вручает стакан инквизитору, а следом опускает на него плед, придерживая руку, в которой находится морс.
– Оставлю балкон открытым, – перевертыш опускается назад на диван, смотря на Илью так, будто он – мираж и вот-вот может исчезнуть.
– Что случилось? – Уже тише спрашивает Игорь, надеясь на ответ лучше, чем «да так, задание».
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-10 01:17:00)

+1

8

- Если честно, то я не сильно вдавался в подробности, - все тем же шепотом говорит Илья, прерываясь только на то, чтобы убить жажду, осушив стакан и отставив его куда-то на пол под диван, чтобы утром не сбить ногой спросонья и не разбить, хотя бардак он после себя оставил знатный - плевать, на самом деле, утром все уберут, ототрут и квартира снова будет сиять той идеальной чистотой, которую так любил Игорь. А Илья даже покурить сходить на лестничную клетку, чтобы хотя бы на несколько минут сохранить видимость идеального для его собственного щепетильного и немного педантичного бухгалтера мира, словно делает это в знак благодарности за то, что не бросил его подыхать прямо в кресле, и только потом полезет к нему обниматься, повиснет своей довольно крупной по сравнению с Игорем тушей на его хрупких плечах, будет с удовольствием слушать ворчание по поводу того, что от него воняет, как от кондуктора в трамвае.
Его снова понесло мыслями в другое место, он даже не понял, на сколько секунд затих, но понадеялся на то, что Игорь воспримет это как попытку поставить мысли на место, заново научиться формировать мысли в слова, слова в предложения.
- Я знаю, что это был кто-то из аналитического отдела, кто-то не с самого верха, но имеющий доступ к данным, утечка которых могла бы стоить всему Двору нескольких голов в случае, если бы дошла до Порядка, - он делает короткий жест рукой, призывая Игоря лечь рядом, укладывает его голову себе на грудь, перебирает остриженные под машинку волосы пальцами, - Нас послали с целью показать, насколько серьезными были намерения руководства избавляться от подобных ребят: чтобы другим наука, как Катерина любит говорить, - Илья тихо хмыкает, прикрывает глаза, - И хорошо, что послали именно нас, потому что простые инквизиторы полегли бы в тот же момент, а мы смогли дать отпор, соориентироваться, знаешь, - он чуть махнул рукой, - Пришлось его положить прямо там, но сами зато выбрались живыми, - Илья тихо смеется, - Относительно живыми, но я еще легко отделался, Максим потерял руку, теперь будет сидеть дома, пока не отрастет. Мне бы так, чтобы тебя сильно не волновать, - колдун смотрит на Игоря и чуть улыбается, проводит рукой по его затылку, - Испугался, да? Прости... Я постараюсь так больше не подставляться, обещаю, - он окончательно перетягивает Игоря на себя, прижимает крепко, заставляет выгнуть в дугу.
И он надеется, что Игорь ему верит.
Надеется и довольно быстро засыпает, когда комната погружается в тишину.
Илье ничего не снится, ему ничего не снится уже очень и очень давно, лет двести, может быть - с того самого момента, как он перестал заботиться обо всем происходящем вокруг, когда его отпустили тревоги, когда его перестали волновать судьбы мира и людей вокруг. Но сегодня в первый раз за эти самые двести лет он видит сон, даже нет... Не так. Он чувствует, как что-то темное стоит за его спиной, как оно колотит руками и ногами по нему, по полу и потолку, по стенам и стеклам за его спиной, как оно мечется и кричит, рычит, а в какой-то момент хватает его за плечо и начинает трясти за него, словно хочет вывернуть руку из сустава.
Илья нехотя открывает глаза и понимает вдруг, что в квартире как-то слишком много людей, слишком много посторонних, что кто-то и правда трясет его за плечо, пытаясь разбудить. Отточенные рефлексы работают быстрее едва успевшего пробудиться разума, и Илья перекатывается, оказываясь на полу, вытягивая руку в сторону, чтобы копье легко в его ладонь и раскрылось. А потом он понимает, что вокруг не простые посторонние - инквизиция, обычные отделы.
- Какого, блять, черта вы делаете в моем доме? - шипит он и встает на ноги, смотрит по сторонам, - И где Игорь?
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

9

Лишь опыт работы с начальством, часто пребывающем в плохом расположении духа, лишь привычка постоянно сталкиваться с пренебрежением к самому себе помогают Игорю не измениться в лице и не дать магу понять, что его рассказ беспокоит его в разы больше, чем следует. Скулы сводит от напряжения, и Горшенев готов списывать все на то, что просто сильно перенервничал за Илью – в этом, в конце концов, есть значительная доля правды.
Он пользуется моментом, опуская голову на грудь мужчины, и слушает его сердцебиение одновременно с продолжением рассказа. По шее ползет новая волна страха, норовящая вот-вот перехватить горло и задушить одного непослушного щенка, вздумавшего, что ему все сойдет с рук. Игорь жмурится, зная, что маг не увидит этого, и вслушивается в стук чужого сердца у себя под ухом – это помогает немного успокоиться и вернуть сознание назад в разговор.
«Какой я идиот».
Игорю очень жаль.
Не руки Максима, черт бы с ним.
Игорю очень жаль, что из-за его действий жизнь Ильи оказалась под угрозой. И что теперь все может рухнуть в один момент, правда, скорее для инквизитора, лежащего под ним, чем для него.
Для убийства перевертыша пятого уровня не нужен элитный отряд.
«Не щенок ты, Игорь».
Он кивает, поднимая голову, тянется и обнимает крепко за шею в ответ, вдыхает знакомый запах и понимает, что не хочет терять Илью. Ну, куда он без него теперь?
«Последняя трусливая крыса».
Игорь не спит еще долго, вслушиваясь в размеренное дыхание мага, смотрит в точку перед собой и чуть поглаживает плечо мужчины. Сон накатывает уже ближе к рассвету, наконец, утягивая его из пучины размышлений.
Он должен все рассказать. Возможно, его помилуют.
«Нет».
Чужое присутствие моментально сбрасывает и без того чуткий сон с его сознания. Игорь резко поднимается, уже зная, кто это пришел.
И за кем.
Перевертыш вскакивает с дивана, выходя в коридор, и не успевает сделать шаг, как получает сильный удар по голове – его тащат куда-то в сторону за плечо, и прозвучавшее в секунды заклинание лишает его способности обратиться в какое-нибудь животное на ближайшие минуты.
– Нет, подождите…
– Горшенев Игорь Сергеевич, вы обвиняетесь в превышении собственных полномочий, а именно в…
Игорь не хочет слушать – Игорь знает, в чем его вина, пытается вырваться из захвата, но хватка настолько крепкая, что даже ему это не под силу. В инквизиторы идут ребята покрепче, чем какой-то пятиуровневый иной.
– Прошу вас, я все расскажу, что знаю, я хочу пересмотра дела…
От сильного удара в челюсть из глаз сыплются искры, и Горшенев вопреки воле вынужден замолчать, чтобы жалобно не заскулить от боли. Он узнает кухню (их с Ильей кухню, где они проводили времени порой даже больше, чем в спальне, много разговаривая и посвящая свободное время всякой рутине), ощущает липкий холод из-за содранной футболки и часто глотает тошнотворный ком в горле.
Маг напротив зачитывает заклинание, пока его напарник удерживает перевертыша на месте и не дает дергаться.
Печать под кожей начинает выгорать, вызывая пусть очень тихий, но болезненный стон. Перед глазами все плывет – он слышит голос Ильи, он хочет позвать Илью, но язык словно отнимается – и новое жжение, а следом раскрывшееся копье инквизитора ставит окончательную точку в их спокойной жизни.
Совместной, видимо, тоже.
– Горшенев Игорь, вы объявлены отступником. Приговор обжалованию не подлежит.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-10 23:44:32)

+1

10

- Илья, не надо, не лезь, - его пытаются остановить словом, пытаются сказать, чтобы он был паинькой те люди, которые видели, как он работает, те люди, которые когда-то учились, смотря на него, впитывая, как губки, тот факт, что нужно идти вперед, всегда нужно бороться и рвать глотки. Глупые дети.
- Илья, ты сделаешь хуже самому себе, если вмешаешься, - они смотрят на него почти доверительно, но Илья очень хорошо знает, что за этими ласковыми взглядами скрываются крысы, которые боятся совершенно всего, которые хорошо знают, что стоит "лезвию" пойти в атаку, и они полягут здесь все, как один. Илья понимает, что они просто тянут время, а потому идет в атаку: для начала делает пару подсечек, наносит удар в плечо, повернув копье тупой стороной, чтобы не убить этих идиотов ненароком. Они нападают всей сворой, одновременно, но Илья все равно хорошо чувствует запах страха, исходящий от них: инквизиторы Хаоса, страшащиеся смерти, это так смешно и так грустно одновременно. Не тот Двор вы выбрали, дети, чтобы отступать перед угрозой сломать ноготь в бою.
Илья рычит и делает широкий взмах рукой, отбрасывая инквизиторов от себя, чтобы не мешали. Слышится треск, звон стекла - кто-то прилетел в книжный шкаф со стеклянными дверцами, но в окно, кажется, не вылетел никто, никто не помер, двое потеряли сознание - вот, что значит тонкая профессиональная работа, этим щенкам еще учиться и учиться. Но времени на самолюбование нет, и Илья влетает на кухню как раз в тот момент, когда какая-то мразь занесла копье над Игорем, полностью уверенная в том, что эта охота будет славной. Нет, не будет - перед глазами Ильи красная пелена, он просто не может поступить никак иначе, когда видит Игоря в таком положении, просто не может потерять еще кого-то очень важного, пусть теперь это и уничтожит его самого.
Острие копья Ильи проходит сквозь глотку неудавшегося палача, Илья выхватывает его оружие из рук и пронзает им грудь того, кто держал Игоря. Оба трупа оседают у его ног и колдун поднимает Игоря с колен, рассматривает печать отступника на груди перевертыша, тихо рычит от безысходности - он провозился слишком долго, недопустимо долго и позволил непоправимому случиться.
- Суки, - шипит Илья, прижимает Игоря к себе, накрывая его затылок рукой и коротко выдыхает. Ему не интересно, что Игорь такого мог сделать, чтобы навлечь на себя такой приговор: получить печать прямо на месте, без судебного разбирательства, без заседания. Будь у них хотя бы день, Илья бы обязательно что-нибудь придумал.
- Сейчас ты очень быстро собираешься, берешь с собой только самое необходимое, - говорит он, поднимая лицо Игоря на себя и смотря на него очень внимательно, - И мы уходим отсюда. Ты все понял? Игорь! - выходит чуть резче и громче, чем он хотел, но это, кажется, производит нужный эффект, - Понял? Давай, бегом, - Илья мотнул головой и пропустил Игоря вперед. Сам он собирается минут за десять - одевается, скидывает какие-то вещи в потрепанный рюкзак, закрепляет копье в портупее на спине.
Он оставляет квартиру с тяжелым сердцем, потому что там было много хорошего, много такого, о чем Илья не хотел бы забывать, но придется, чтобы под сердцем не ныло от осознания того, что в этот момент они все потеряли. Илья выходит на улицу и закуривает, смотрит по сторонам. Им нужно добраться до вокзала и для начала уехать из Москвы куда-нибудь в глушь, а потом можно будет придумать что-то.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

11

Игорь привык, что у него все под контролем.
Постоянные цифры, расчеты, сметы и сведения чисел в единое целое так или иначе оставляют свое влияние на разум, заставляя его повторять схожие действия даже в рутинной жизни.
Конечно, межличностные отношения под это не попадали. Логика и рациональность предано сопровождают математические расчеты. Разум высших созданий, точнее, их сознание – нет.
Игорь все-таки считал, что у него все под полным контролем. 
Не Илья, нет.
Под контролем у него якобы было то, из-за чего на груди все еще горит огнем печать отступника.
У Игоря дрожат коленки, ему по нраву забиться сейчас куда-то в угол и не вылезать оттуда, пока все не уйдут – неужели они убьют его прямо сейчас, даже не дадут пары секунд форы?
Не дадут. Игорь слишком много знает – и об этом он тоже знает. Несмотря на всю свою осторожность и трезвую оценку своих сил, Горшенев все-таки умудрился перейти дорогу не тому.
Перевертыш жмурится, когда копье отсвечивает солнечным светом со стороны окна, и, кажется, почти готов смириться со своей участью. Единственное, что ему хочется – попросить прощения у Ильи, потому что он такого не заслужил. Ни такого утра, ни такого любовника, ни такого…
Что-то горячее брызжет ему на лицо, заставляя крупно вздрогнуть и удивленно распахнуть глаза, перед которыми стоит все тот же инквизитор, но уже с пустым и немного испуганным взглядом. Игорь опускает взгляд чуть ниже и чуть отшатывается назад, слишком быстро осознавая, что теперь происходит – хватка другого хаосита как раз ослабла.
«Нет, нет, нет…»
Подписанный ему приговор не должен был стать приговором Ильи.
Он должен образумить мага, сказать, что возьмет всю вину за мертвых на себя, ему нечего же больше терять – все равно долго не протянет – но вместо этого руки, не желая слушаться голос разума, обнимают мужчину за талию, и перевертыш крепко прижимается к Илье, будто ослабь хватку, и он исчезнет.
«Я должен ему сказать, что я виноват. Я должен не дать ему пойти со мной в эту бездну».
Игорь пытается перебороть себя, открыть рот и произнести хоть что-то, что заставит Илью замереть и задуматься, не дать ему совершить ошибку, но страх словно физически зажимает ему рот рукой.
Ведь этот самый голос разума говорит ему, что Илья – его единственное спасение.
Возможно, у него получится все-таки взять все под контроль.
– Да? Что? – Он моргает, смотря на мага. Быстро повторяет про себя его слова, укладывая их в голове, и кивает.
Игорь влетает в ванную, быстро смывая с лица и рук кровь, после переодевается в чистую одежду, находит какую-то замызганную кепку, которую тут же нахлобучивает себе на голову.
В последний момент Горшенев встает перед комодом, открывая верхний ящик и снимая дно, открывающее его небольшой тайник. Наличные деньги отправляются в рюкзак – им этого хватит на первое время точно – после чего перевертыш обводит квартиру с лежащими мертвыми и бессознательными телами последний раз взглядом и быстро выбегает следом за Ильей.
Он ему обязательно все расскажет, когда они будут в безопасности. Желательно, двигаясь в сторону от России.
«Это подло. Я все равно думаю о себе, Илья не должен становиться персоной нон-грата Хаоса из-за того, что просто не знает правды».
– Нам нужно сделать поддельные документы. Я знаю, кто может помочь, – говорит Игорь, едва оказывается возле мага. – Потом уже будет проще скрываться.
Он смотрит на Илью почти умоляюще, сжимая рукой его ладонь, пока никто не видит – как ни крути, для соседей приходилось делать вид, что они просто друзья, живущие вместе.
Он смотрит на Илью умоляюще в надежде, что тот все-таки отдернет свою руку и оставит Игоря решать свои проблемы самостоятельно.
Потому что Игорь не может попросить его об этом сам.

[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-12 00:42:41)

+1

12

- Свяжешься со своим человеком, когда мы будем далеко отсюда, - Илья должен быть спокоен и собран, Илья должен не подпускать панику к себе, должен отгородить от нее Игоря, должен успокоить его и сказать, что все будет хорошо и, что он не позволить никому причинить Игорю хоть какой-то вред, не даст даже попытаться. Хотя, Игорь и так должен это очень хорошо знать: они прожили вместе сколько? Двадцать лет или около того, и за это время было столько всего, что невозможно просто представить, но всякий раз Илья бросался за Игорем в самое пекло. Будет надо - подохнет, но даст Игорю несколько секунд, чтобы скрылся, чтобы оказался в безопасном месте.
Только бы был жив. Только бы не был ранен.
А на себя плевать - у него и так опасная работа, на которой он должен был давно отбросить коньки, отдохнуть, но каждый раз заставлял себя выживать, чтобы у Игоря было новое утро, чтобы это утро было добрым, чтобы Игорь улыбался, чтобы никогда не плакал и не грустил, чтобы не чувствовал себя одиноким.
- Все, идем, - Илья выбрасывает окурок, который растворяется прямо в воздухе - нельзя оставлять никаких следов и никаких улик, никаких частиц, по которым можно прочитать их путь. Илья подталкивает Игоря, чтобы шел перед ним, чтобы не терять его из виду и суметь предупредить любое нападение - а оно вполне возможно, потому что его начальство очень хорошо знало, к кому, куда направляет его бывших товарищей. О, они слишком хорошо знали, за кем идут, кто может постоять и за себя, и за Игоря, что бы тот ни сделал.
Они выходят к проезжей части - до нее в этом районе меньше часа ходьбы, не как тогда, когда они только начинали быть вместе, Илья держит Игоря за локоть, словно боится, что тот куда-нибудь сорвется, начнет вопить разную чушь о том, что должен взять вину на себя, должен сам отвечать за свои поступки. Не должен, потому что знает: если придут за одним, если начнут по нему стрелять, если он начнет отстреливаться, то второй будет подавать патроны. Илья много раз это повторял и будет повторять это столько раз, сколько придется, пока Игорь не успокоится и не примет помощь.
Хорошо, что с ним Грошенев никогда не умел толком спорить.
С самого первого момента.
Водитель пойманной попутки соглашается подбросить их на вокзал побыстрее, но просит завышенную цену, Илья соглашается и показывает деньги - половина его месячной зарплаты. Надо будет - отдаст всю, ему не жалко.
Пока такси несется через зимнюю утреннюю Москву, которая только начинает приходить в себя, Илья в полумраке салона крепко сжимает пальцы Игоря, проводит большим по костяшкам, иногда посматривая в зеркало заднего вида, ловя то взгляд перевертыша, то смотря им за спины и высматривая подмогу. Главное, чтобы успели добраться до вокзала и запрыгнуть в поезд до того, как инквизиция хватится - остальное будет не важно, у них появится хотя бы несколько часов форы, возможность спрятаться как можно лучше и подготовиться к побегу из страны, потому что оставаться здесь нельзя, нужен приют где-то в другом месте.
На вокзале Илья тут же оказывается у кассы, спрашивает билеты на ближайшие поезда пригородного следования и тихо радуется, когда им отпускают парочку на электричку, отправляющуюся через десять минут.
- Пошли, - коротко говорит он и тянет Игоря на платформу. Выдыхает он только тогда, когда они забираются поглубже в поезд, когда Илья опускает голову на плечо Игорю и тихо шепчет, - Я тебя никогда не брошу... Никогда...
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

13

Игорь кивает, на секунду прикрывая глаза – хорошо, пусть будет так, как скажет Илья. Ему стыдно за собственную растерянность, сам же заварил кашу, а теперь это пытается расхлебать другой. Это неправильно, так не должно быть. У Игоря все сжимается внутри от накатывающего волнами осознания, что из-за собственных нелепых амбиций он тащит за собой теперь и Плетнева в пропасть.
Невидимая рука страха сжимает горло, перекрывая возможность сделать нормальный глубокий вдох. Идя перед Ильей, он пытается взять себя в руки – не думай о печати, не думай о том, что тебя хотели (и хотят) убить, не думай о подставах, не думай, кто мог проколоться и выдать тебя – но едва не подпрыгивает, когда маг хватает его за локоть, заставляя обернуться в ожидании очередной атаки.
Игорь прижимает к себе рюкзак, чувствуя, как горит под кожей рук, будто внутри сумки разбившаяся бутылка кислоты, сжигающей все живое, до чего может добраться. Отчасти так оно и было, однако как бы Игорь сейчас не думал о возникших последствиях из-за этих денег, они им сейчас очень нужны. Правда, не для этого он влез в это все. Не для этого побега, не для сломанной жизни Ильи.
Для чего? Игорь сам не может толком себе ответить. За все эти годы перевертыш не купил себе ничего выдающегося дорогого и даже не планировал какую-то масштабную покупку.
«Что теперь будет с ним?»
Он поворачивается к магу, изучая уже выжженный на века в памяти профиль, но ничего не может сказать – лишние уши (и глаза) на переднем сидении могут помешать.
«Что теперь будет с нами?»
Игорь сжимает в ответ руку мужчины, наблюдая за водителем и вслушиваясь в сердцебиения окружающих, однако собственное едва не перебивает все, что может слышать перевертыш.
Ему все-таки удается собраться с мыслями. Пока Илья занят покупкой билетов, Игорь оглядывается по сторонам из-под козырька кепки, пряча руки в карманы куртки, чтобы не тянуться схватиться за руку Плетнева – не из-за страха, а из желания убедиться, что он все еще здесь.
Еще на платформе Игорь хочет окликнуть его, сказать, чтобы тот оставался здесь, а он уедет – и у Ильи будет возможность все исправить без получения печати отступника и риска умереть, ведь всегда можно что-нибудь придумать, да и с лезвия требований поменьше. А вот сбежавшее лезвие – уже полноценная угроза, которая слишком много знает, чтобы долго оставаться живым.
Слова же предательски застревают в горле, когда он открывает рот – и Игорь теперь задыхается от презрения к самому себе. Илья всегда о нем заботился, всегда делал для него столько всего, и теперь получил в ответ это. Илья этого не заслуживает, Игорь – вполне.
Он должен ему все рассказать и обещает себе сделать это при первой же возможности.
Насколько полупустой поезд может являться этой возможностью, Игорь не знает. Полагает, что не самое удачное место – вдруг их кто-нибудь услышит?
Он вскидывает руку, проводя ею по макушке мага, и медленно выдыхает.
Один идиот грабли разложил, второй решил, что первому в одиночку бежать по ним будет слишком грустно и непросто.
– Мне даже не пытаться убедить тебя, что я должен сам с этим справиться, не втягивая тебя? – Тихо спрашивает Игорь, смотря куда-то перед собой. Удивительно, что мысль о своей новой принадлежности укладывается в голове так быстро – или же, наоборот, Горшенев до конца еще не осознал. Больше половины жизни он работал в Хаосе в отделе финансирования – а теперь стал целью Двора, да и каждого желающего поднять свой уровень иного.
Не то, что очень многим потребуется для этого перевертыш пятого уровня. А вот для удовлетворения жажды крови – вполне.
Игорь берет руку Ильи в свою, вновь немного сжимая.
– Можно через пригородные электрички забраться достаточно далеко от Москвы. Так не останется особо следов. Но это временный выход, – шепчет Игорь, замолкая, когда мимо них проходит один из пассажиров.
– Прости меня, – еще тише добавляет он куда-то в макушку мужчины.
«Я снова создаю проблемы» в данной ситуации будет звучать настолько мелко, что Игорь решает этого не произносить. Как и «лучше бы они меня убили на кухне», потому что знает, что нет. Не лучше.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-20 00:36:45)

+1

14

"Это я во всем виноват, Игорь... Это только моя вина. Я не достоин того, что ты рядом", думает Илья, крепче сжимая руку Игоря, закрывая его собой от возможных угроз.

Брови Светы медленно ползут вверх, пока они с Ильей рассматривают дела с подозреваемыми в особенно крупных хищениях из казны Двора Хаоса: Илью к этому привлекли, как самого опытного в самых разных делах инквизитора, да и Света всегда рекомендовала себя с лучшей стороны, плюс всегда прочно ассоциировалась со статусом напарника Ильи.
Под монотонный бубнеж Наумова - главы всей московской инквизиции и капитана лезвий - Илья рассматривал фотографии, читал дела и список пока еще не улик, но подозрений, материалов на каждого подозреваемого, после передавая их Свете. Та даже молчала - никак не комментировала то, что услышала и видела перед собой: в такие моменты всегда требовалось молчать, кивать головой и соглашаться на все слова и приказы, отзываясь только короткими "Есть!" и "Понятно!". В остальном всегда говорил только Илья, немного пользовавшийся своим положением среди остальных лезвий - таких ветеранов всегда ценили, с ними считались. И Илья на тот момент не подозревал, как сильно он будет использовать это доверие, как жестоко будет поступать с, возможно, совершенно невиновными людьми.
В руках остается последняя папка, личное дело некоего Игоря Грошенева, бухгалтера по учету материально-производственных ценностей, пятьдесят пять лет от роду, поступил на работу в центральное отделение Двора по личной рекомендации главы финансового сектора. Илья задержался взглядом на фотографии, а после открыл дело, вчитываясь в него: список подозрений, отзывы коллег, собранные то здесь, то там в мелких ничего не значащих разговорах - разведка всегда умела работать хорошо, науськались во время Великой Отечественной, ничего не скажешь.
Он заканчивает читать дело, оставляет его под рукой, почему-то не передавая Свете, а та и не спорит - оставил у себя, значит, будет заниматься сам, начнет с него или еще что-нибудь. А Илья слушает дальше и только и думает о том, что такой мальчишка - положительный со всех сторон, старательный работяга - просто не может быть причастным к такому пиздецу.

Как же он ошибался. Илья понял это в тот момент, когда получил на руки прямые доказательства того, чем именно и как занимался Игорь все эти годы. "Дурак. Зачем?" подумал он тогда, подумал о том, почему Игорь ему не открылся - они бы смогли выпутаться из этого, он смог бы помочь Игорю выйти сухим из воды. Черт, он бы смог обеспечить ему такую жизнь, какую Игорь хотел - он бы придумал, где взять еще денег, он бы нашел пути. Пошел бы в Яму драться, надавил бы, где нужно. Он бы все сделал, если бы Игорь только сказал, что ему нужна помощь. Но Игорь молчал, а Илья продолжал тасовать улики и подставлять тех, кто не то, чтобы был не причастен, но мог отделаться только устным предупреждением. С легкой руки Ильи отступниками стали десять человек - и никого ему не было жалко, потому что он должен защитить то единственное самое дорогое, что у него было. Тем более, что марать руки Илье не привыкать.
Они должны были уехать раньше, просто бросить все и уехать, проклясть деньги, которые присвоил Игорь, начать жизнь с чистого листа тогда, когда еще не нужно было спасаться бегством. Илья бы смог все устроить, сделать так, чтобы Игорь не чувствовал разницы.
- Не проси прощения, не надо, - тихо говорит Илья, когда электричка трогается с места и увозит их из Москвы, - Тебе не за что извиняться, - Илья смотрит назад, убеждаясь, что единственный утренний пассажир сидит к ним спиной, а после прижимается губами к виску Игоря, к его макушке, прикрывая глаза, - Все будет хорошо. Я обещаю.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

Отредактировано Stanislav Boyko (2019-02-21 16:42:11)

+1

15

Хочется не выть – скулить –  в собственные кулаки или забив рот какой-нибудь тряпкой, чтобы звук не выходил полностью из груди, чтобы боль все равно оставалась в легких и продолжала выедать изнутри.
Игорь ведь пытался выбраться из этого дерьма, но не вышло. Слишком мелкая сошка, которая слишком много знает – таких убирают первыми и самыми элементарными способами, даже не утруждаясь в показушности.
Задохнулся. Попал под шальную серебряную пулю. Потерял контроль.
Для последнего можно даже кого-нибудь из смертных грохнуть.
Голосом Шагаева в голове проносится «ну, у них уже был подобный случай в семье», а сердце в груди сжимается впервые за многие десятки лет от боли из-за смерти Ольги, из-за того, что на семью вновь ляжет пятно позора. Да, он уже лег.
У них есть Олег. И Наталья. И Сашка.
У него не получилось.
У Игоря ничего не получилось – и почувствовать себя достойным такого отношения со стороны Ильи тоже. Так хотел избежать возможного удара по магу, но все равно подвел его прямиком под это.
«Ты ошибаешься».
Он обещает себе сказать об этом всем позже. Обязательно все расскажет, обязательно признается во всем, и в своих глупых действиях и словах тоже.
Даже если во взгляде Ильи мелькнет разочарование – или что еще хуже – лучше так, чем нависшая гильотина над головой Плетнева. Ему-то что уже, раз вскрылось про него, значит, скоро и остальные головы полетят.
На то, как это произойдет у Шагаева, он бы посмотрел лично.
Игорь прикрывает глаза, пользуясь выпавшими им секундами, поворачивает голову к мужчине, касается своим лба его и мягко улыбается. Плетнев говорит так уверено, что он даже почти верит.
– Не надо. Если что-то пойдет не так…
«А оно обязательно пойдет».
– …это не должно быть на твоей совести.
Он вдруг резко спохватывается, отстраняясь и испуганно смотря на Илью, чувствует удар совести, от которого невольно ежится, и касается пальцами края куртки мага.
– Твоя рана, что с ней? Черт побери, я так растерялся там, что только начал о чем-то думать… – затихая под конец, говорит Игорь. Вечная обуза невысокого уровня, неспособный к серьезной стрессовой ситуации, когда на тебя идут с оружием.
Электричка останавливается на назначенной станции.
Игорь напрягается, вслушиваясь в новые зазвучавшие голоса и принюхиваясь к запахам.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-02-22 02:24:34)

+1

16

- Если что-то пойдет не так, то я тем более буду рядом и не оставлю тебя, - Илья даже находит в себе силы едва улыбнуться, рассматривая Игоря, - На моей совести и так достаточно всего, так что жизни еще нескольких инквизиторов не сильно меня испортят, - если бы Игорь знал всю правду, он бы... Илья задумывается на секунду - а что бы он тогда предпринял? Что бы сказал и как бы отреагировал? Илья думает и понимает в очередной раз, что все их дороги все равно привели бы именно к этому моменту: к побегу прочь из города, из страны - куда угодно, лишь бы подальше от того болота, в которое они сами себя окунули. За одной только лишь разницей, наверное - у Игоря не было бы печати отступника, и тогда им было бы проще смешаться с толпой, они бы так сильно не бросались в глаза. И Илья вдруг винит в этом именно себя - в своей слабости, в том, что не смог уберечь Игоря от такого жуткого пятна на нем.
От падения в бездну мрачных мыслей отвлекает копошение перевертыша, Илья вскидывает брови, наблюдая за ним, аккуратно перехватывает его запястья.
- Тише. Благодаря той мази и твоей помощи все уже затянулось, не переживай, - он приподнимает край кофты, показывая только слабый тонкий молочного цвета шрам на месте вчерашней кровоточащей раны, - Сегодня вечером обработаю еще раз и даже этой царапины не останется, так что не думай об этом, - он проводит костяшками пальцев по его щеке и отвлекается на платформу, осматриваясь и стараясь почувствовать иных его уровня и выше - тех, кто сможет оказать реальный отпор, с остальными он справится на раз-два.
- Все чисто, - говорит он, но все равно расслабляется, когда поезд отъезжает, - Сейчас я наложу на нас заклинание, которое будет отвлекать внимание, - говорит он негромко, - но мне нужно, чтобы ты не разрывал со мной телесного контакта до тех пор, пока мы не доедем до конечной остановки. Если сможешь и на улице, то будет хорошо, чтобы я не перенакладывал чары, - он смотрит на Игоря, а после аккуратно переплетает свои пальцы с его, негромко произносит формулу заклинания, погружая их в тень для всех остальных, кто бы ни подошел.
Они меняют три или четыре поезда, до самой дальней из возможных станций - где-то уже в области - добираются глубокой ночью: поезд давно опустел, а Илья позволил себе сесть более свободно, устраивая длинные ноги на скамейке напротив и притянув Игоря себе на грудь, обнимая его, чтобы парень мог хоть немного поспать и перевести дух.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

17

Ему не удается скрыть удивления, когда перед глазами возникает тонкий шрам – нет, к некоторым вещам Игорю все-таки трудно привыкнуть. Как минимум, для него такая рана будет сущим пустяком, который затянется если не за минуты, то за часы. У Ильи много возможностей и фокусов (хороших фокусов, которые очень Игорю нравятся), но в такие моменты Горшенев ясно понимает – ему бы для магии просто фантазии не хватило. Исцеление не то, что требует большого воображения, но все-таки тоже впечатляет.
Он кивает, прикрывая глаза и утыкаясь лбом в плечо мужчины. Слушает все указания, сжимая пальцами запястье Ильи вместо утвердительного ответа вслух – дважды Игорю повторять не надо, он и сам не против вцепиться в Плетнева мертвой хваткой и не выпускать никуда.
Больше всего вселяет страх мысль, что они просто потеряются.
«Что я буду делать?»
Ему не связаться с братом или с остальной семьей – Игорь готов начать молиться, чтобы у них из-за не было проблем – ему нужно просто куда-то бежать и исчезать.
Вместе с Ильей.
И это несправедливо по отношению к Плетневу, но он уже почти смирился. Помогает с этим мысль, что, если бы куда-то пришлось бежать магу, Игорь бы последовал за ним незамедлительно. Другой вопрос, что от него проблем было бы больше, чем пользы.
Он теряется в пространстве, в один момент окончательно признаваясь себе, что уже не помнит, сколько поездов они сменили. Игорь хочет ударить себя по лицу, чтобы прийти в норму, но вместо этого крепко держится за руку Ильи и смотрит перед собой, идя туда, куда его утянут. Он вслушивается в звуки вокруг себя и пытается уловить знакомые запахи, но удача все еще на их стороне.
Игорь прекрасно знает, что это временный кредит с огромными процентами и особо рассчитывать на неё нельзя.
И страшно то, что эти проценты будут браться с Ильи в том числе.
Пустой вагон позволяет, наконец, немного расслабиться – далеко не сразу, но постепенно, под звук сердцебиения Ильи у него получается. Он больше смотрит перед собой, чем пытается заснуть, ощущает иррациональных страх, что если он посмеет задремать, то Плетнев исчезнет (да, он знает, что маг его не бросит, он знает, что маг его не предаст – но попробуй орудовать сейчас одной логикой).
И все-таки усталость и волнение берут вверх.
Игорь резко подрывается, испуганно и сонно осматриваясь по сторонам, в первую очередь убеждается, что Илья никуда не исчез. Кажется, поезд приближается к конечной станции.
– Сколько я проспал? – Хрипло спрашивает он, потирая глаза. Поезд останавливается, распахивая двери и окончательно опустошая себя от ночных пассажиров.
– Пересядем еще куда-то? Или попробуем пока переждать здесь? Может… Не знаю, я кажется слышу кого-то на станции. Ты совсем не спал?

[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

+1

18

- Тише, тише, - Илья хмурится, когда Игорь подскакивает, обнимает его и прижимает к себе, касаясь губами виска, - Все хорошо. Час где-то ты проспал: как мы сели в поезд, так и отключился, - негромко говорит он и смотрит на проплывающие мимо окон электрички одинокие фонарные столбы, которые толком ничего и не освещают, только режут по глазам своим холодным белым светом, напоминают вспышки в камере допроса, где Илья всегда был либо истязателем, либо наблюдателем, но все раздражался от одинокой лампочки, подвешенной в самом центре этой комнаты. Казалось, что она была еще одним допрашивающим - молчаливым, но от того не менее угнетающим.
Поезд подкатывается к платформе [хотя, трудно назвать платформой бетонную плиту, брошенную на пустырь около деревянной избушки, то есть, зала ожидания и кассы], тормозит и распахивает дверцы, чтобы вытряхнуть последних пассажиров из своего нутра и укатиться к себе в отстойник до следующего утра.
- Останемся здесь, - тихо говорит Илья, когда они оказываются на улице, и он смотрит по сторонам, закидывая рюкзак за плечи, - Нет, я не спал - держал заклинание, - он достает сигарету и закуривает, выдыхает дым в сторону: от того и не поедут дальше - Илье нужно выспаться, чтобы быть полным сил и быть готовым дать полноценный отпор, потому что "лезвия", это не рядовые инквизиторы, "лезвия" будут атаковать сильнее и яростнее, когда их нагонят. Хотелось верить, что они выиграли часов двадцать форы, когда можно и дух перевести, и организовать себе отступление как можно дальше от Москвы.
Илья пускает невкусный дым в сторону и идет в сторону, где стоят машины с шашечками на крыше - таксисты поджидают ночных пассажиров, которые не хотят идти лесом посреди ночи. Договориться о том, чтобы их доставили туда, где примут на одну ночь переночевать, а еще накинуть сверху, чтобы он сказал, что никого этой ночью не подвозил, если спросят, удается быстро. Водитель махнул рукой, принял деньги вперед, и повез их в сторону какого-то строительного общежития, в которой работала какая-то его сестра или золовка, и которая за сто пятьдесят рублей поселит их на сутки в комнату.
Всю дорогу Илья сжимает руку Игоря и водит большим пальцем по его ладони, но заклятие уже не держит - копит силы для другого.
В общежитии они тратят еще минут двадцать на все тонкости и формальности, поднимаются на самый верхний этаж, проходя в самую дальнюю комнату, которую Илья сразу запирает, накладывает на нее какое-то сигнальное заклинание, которое разбудит его, если до двери кто-то дотронется. Холодный душ, короткий перекус тем, что успели схватить из холодильника.
- Посиди на кровати, - просит Илья, а сам присаживается на пол у двери, выводя мелком ритуальную печать, надрезая перочинным ножом край ладони, чтобы сбагрить эту печать несколькими каплями крови. Он читает заклинание, создавая первый рубеж обороны на случай, если к ним вломятся - сразу отлетят к противоположной стене и это будет чудом, если останутся с головой и конечностями. То же самое Илья делает и с подоконником, и только после этого устало опускается на кровать, не забыв приоткрыть форточку.
- Теперь можно отдохнуть, - он вяло улыбается Игорю, - Устал? Ложись... - Илья снова закуривает.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

19

Илья вновь все берет под свой контроль.
Точнее, даже не отпускает.
Игорь не вмешивается, молчит в очередной раз, следует за магом и чувствует нарастающую злость. Хочется толкнуть Плетнева в плечо, развернуть к себе, заставить посмотреть на себя и добиться, почему он так спокоен.
Но Игорь знает, что это не так – Илья ни разу не спокоен. По этой причине он все еще молчит, не расцепляя их с инквизитором рук.
«Почему ты ничего не спрашиваешь?»
Это неправильно. По каким-то причинам Игорь все-таки получил печать – справедливо или нет, дело даже не в этом. Да, они доверяют друг другу, но…
«Но что?»
Но они не должны делать вид, что все в полном порядке – потому что ничего не в порядке.
Игорь тяжело дышит и молчит, пока Илья бродит по комнате. Игорь хочет, чтобы весь мир исчез, кроме этой комнаты, плевать на их потребности, на все вообще плевать – пусть будут только они одни.
Увы, это только глупые неисполнимые мечты – даже с заклинаниями Плетнева.
Запах сигаретного дыма, как ни странно, не раздражает и даже не вызывает желания поморщиться. Игорь смотрит на рисунок возле двери, наконец, подавая голос:
– Нет.
Рукой взлохматив свои волосы, Горшенев поворачивается к Илье и подходит ближе, вставая напротив.
– Не устал. Тебе нужно отдохнуть.
Он думает, насколько глупо будет звучать вопрос «Илья, что происходит?»
Вместо этого перехватывает руку мага, на которой виднеется рана, и удерживает в своих ладонях, достаточно аккуратно, чтобы не тревожить надрез. Да, сутки назад маг пришел к ним домой с куда более серьезной раной, но Игорь от этого меньше задумываться о его комфорте не станет.
– Пожалуйста.
«Если со мной что-то случится, то оно случится наверняка. У тебя же будет шанс. У тебя должен быть шанс».
– Я никуда не денусь.
Чуть высвободив руку, Игорь опускается рядом с мужчиной и совершенно не знает, что еще сказать. В голове новый всплеск мыслей, от которого несколько тошно, потому что ничего хорошего среди них нет.
Разве что тлеющая в груди надежда на какое-то чудо не дает окончательно опустить руки.
– Заканчивай, – он видит, что от сигареты остался уже один окурок, который он тут же забирает из пальцев Ильи и отправляет в стоящую около тумбочки жестяную банку. Предыдущие жильцы, видимо, совсем не церемонились о порядке.
– Поспишь, обещаешь? – Спрашивает, утянув Плетнева на подушку и заглядывая в глаза.

[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-03-03 03:14:00)

+1

20

От такого ответа Илья даже оторопел на секунду, вскидывая брови и рассматривая Игоря: нет, за двадцать лет они смогли увидеть друг друга и узнать с многих сторон, чтобы один прекрасно понимал, что Игорь не всегда тихий и скромный, а второй мог воочию убедиться, что Илья не всегда суров и опасен.
Илья, конечно, привык все всегда держать в своих руках, привык вставать между Игорем и внешним миром, но порой ему самому требовался отдых, порой ему самому требовалось несколько мгновений на то, чтобы побыть слабым, чтобы опустить голову на плечо Игоря и выдохнуть, позволяя теплым рукам повести себя куда-нибудь, где больше никому не будет до них никакого дела.
Проблема заключается в том, что заставить всех забыть о них под силу только Илье.
- Хорошо, - отзывается Илья, - Давай отдохнем. До утра нас никто не должен побеспокоить, - Илья следит за тем, как окурок улетает в открытую форточку, и ложится, притягивая к себе Игоря, устраиваясь поудобнее на скрипучей постели, на неудобном матрасе и худой подушке, от наволочки на которой пахнет хлоркой и каким-то мылом.
Илья смотрит в потолок, поглаживая рукой затылок Игоря и только сейчас понимает, что он так сильно увлекся их побегом, так пристально следил за тем, чтобы на хвост к ним никто не сел, что совсем забыл о самом главном: о том, что в таких ситуациях принято задавать вопросы, принято поговорить и обсудить то, что произошло в их квартире всего несколькими часами ранее. Так делают в нормальных семьях, в нормальных отношениях... Хотя, кто сказал, что их отношения ненормальны?
- Я знаю, что ты сделал, - негромко говорит Илья и чуть сжимает плечо перевертыша, чтобы тот не пытался дернуться, отстраниться или сбежать, - Я же "лезвие", помнишь? - Илья тихо фыркает: кажется, именно сейчас он ненавидит свое положение при московском Хаосе, ненавидит то, что о некоторых вещах он знать просто обязан, не может забывать, должен всегда держать х в голове, - Если бы ты сам рассказал раньше, то я бы уже давно увез тебя из Москвы, - продолжает говорить Илья, не давая Игорю отстраняться, вынуждая его слушать, потому что именно сейчас Илье нужно выговориться, - Я ждал, что ты мне сам расскажешь, но ты молчал и молчал, а потому я решил, что тебя в твоем положении все устраивает, - Илья качнул головой и прикрыл глаза, переводя дыхание, словно он только что пробежал несколько десятков километров.
- И, пока ты не устроил здесь скандал, я напомню тебе, что на твоей стороне я буду оставаться всегда, - он ловит подбородок Игоря и притягивает парня к себе, - Если по тебе откроют пальбу, я встану между тобой и стрелком. Если ты начнешь отстреливаться, то я буду подавать тебе патроны. Нужно будет лишиться руки - лишусь, - он заглядывает Игорю в глаза, - Я не смогу по-другому, если речь будет идти о твоей жизни и безопасности, - Илья отпускает подбородок Игоря, смотря в темные глаза, - И я опять говорю тебе, что не оставлю тебя никогда, пока ты сам меня не прогонишь, - он вкладывает максимум убедительности в свои слова, в свой немного утомленный трудным днем взгляд, - Или пока ты сам мне не скажешь пойти и умереть.
Колдун пытается слабо улыбнуться, но лучше бы он этого не делал - выходит мало убедительно, да и он сам это прекрасно понимает, так что он просто подается вперед, обнимая перевертыша за шею, прижимая его к себе. Илья перекатывается, подминая Игоря под себя, и аккуратно целует его, пока перекидывает ногу через бедро парня.
Уснет он только ближе к утру, проспит немного, но очень крепко, словно организм поймет, что времени мало и делать все нужно в максимально сжатые сроки.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

21

Илья, к счастью, не спорит.
Хороший знак это или плохой - Игорь не уверен, но уточнять это сейчас не имеет желания.
У них хотя бы есть шанс выдохнуть и немного забыться в полудреме (на полноценный сон перевертыш не рассчиытвает: слух то и дело заставляет вздрагивать от каждого шороха за стенами и за дверью). Игорь будто покрыт сотней иголок, пока лежащих, спрятанных, но вот-вот готовых быть выпущенными - Игорь думает, что лишь уровень ему мешает обратиться в считанные секунды, однако если выиграть немного время, у него все получится.
«Двадацть лет назад я тоже был в себе уверен».
Он жмурит глаза, чуть сжимая пальцами запястье Ильи. Нужно попробовать расслабиться, до утра их здесь вряд ли кто сможет найти.
«Если только среди жителей нет иных, особенно хаоситов или отступников, желающих замолвить словечко за самих себя - а вдруг нас уже учуяли, вдруг за нами уже идут? Заклинание сработает, но они же не отправят одного или двух инквизи...»
— Я знаю, что ты сделал.
Слова эхом отзываются в голове, затем еще раз и еще.
«Знаю, что ты сделал, я знаю, что ты сделал, знаю, знаю, знаю, что сделал, знаюзнаю...»
Игорь замирает, превращаясь в тугую пружину - смотрит ошарашенно перед собой и боится сделать вдох (даже если бы не боялся, у него бы ничего не вышло, он уверен). Илья говорит, Горшенев борется с желанием обратиться в кого-то маленького и спрятаться где-нибудь.
Он слышит сердцебиение колдуна, понимая, что спокойный и холодный тон не вяжется с тем, что происходит внутри Плетнева. Его самого бросает в жар от летящих ровной чередой в разум вопросов.
Игорь злится. Игорь хочет рассмеяться и облегченно выдохнуть. Игорь растерянно смотрит на мага, приподнявшись на руках, и не знает, хочет ли верить своим ушам или нет.
С одной стороны, это все значительно упрощает.
С другой - делает только сложнее.
Илья предвидит грядущий взрыв, предпочитая пресечь его заранее, продолжает говорить, хотя смысл слов до перевертыша доходит, скорее, интуитивно - иногда голос Плетнёва слышится будто сквозь толстый слой ваты.
Он вряд ли доживёт, однажды, до момента, когда окончательно осознает, что Илья в его руках порой похож на тёплый пластилин - лепи и делай, что хочешь.
– Но...
Договорить не получается, и Горшенев не уверен, что это сейчас нужно.
Он боялся рассказать все Илье, боялся впутать его в это все, навлечь на него проблемы. Где-то не обходилось без страха, что его просто не поймут. Игорь только сейчас начинает понимать, что все эти годы жил, будто на пороховой бочке - вот-вот рванет, оставит от него жалкие ошмётки.
Оно-то и рвануло. Только, оказывается, это можно было все предотвратить.
Но отпустили бы их так просто?
Выдохнув, Игорь обхватывает лицо мужчины ладонями, несколько секунд сохраняя между ними лишь молчаливый зрительный контакт, после чего осторожно притягивает Илью к себе, упираясь своим лбом в его и поджимая губы.
– Я знаю, сейчас это все глупо, но я хотел уйти из этого... всего. Ещё когда только у нас все началось, уже тогда я задумывался об этом, но мне ясно дали понять, что меня так просто не отпустят.
Игорь чуть отворачивается, убирая руки от лица Плетнёва, чтобы тут же спрятать в своих ладонях своё собственное. Трёт глаза, шумно выдыхает, нервно смеётся и все ещё подумывает, что исчезнуть куда-то - не такая плохая затея.
Но раз они уж начали говорить на чистоту.
– Я думал даже по началу, что, находясь возле тебя, буду иметь все шансы выйти и не возвращаться, даже с тем, что я уже знал не тот момент. Но потом не смог тебе ничего сказать, - продолжает Горшенев, с трудом заставляя себя вновь посмотреть на Илью.
– Сидел и думал, что вот впутаю тебя в это все, расскажу прямо сейчас, кто мне что сделать сможет? А я даже не до конца был уверен в своём плане - так, лишь идея, основанная на теориях - и все пойдёт крахом. Я, ты - мы с тобой. Каждый раз приходил к тому, что лучше оставлю все, как есть, авось само решится. А, в итоге, вышло ничуть не лучше.
«Нам нужно было поговорить. Просто поговорить».
Только это «просто» оказалось в жизни не такой уж легкой задачей.
– И теперь все так, и я не знаю - я никогда не захочу, чтобы с тобой что-то произошло, чтобы ты покинул меня, но сам наломал столько дров.
Вопроса «почему» уже не возникает - Игорь знает ответ. Более того, он понимает этот ответ.
Он обнимает Илью за шею, прижимая его к себе и давясь очередной попыткой попросить прощения.
Им предстоит очень длинный путь.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-03-12 21:12:53)

+1

22

Илья просыпается довольно рано - многовековые привычки из себя все равно не вытравить, да и нет у них времени отсыпаться и валяться в постели. Им нужно уходить как можно скорее и как можно дальше. Игорь сказал, что у него есть человек, который подготовит нужные документы, это хорошо: за ценой за срочность они не постоят, а Илья всегда сможет его убить, если что-то пойдет не так, и он начнет сомневаться в том, что связной Игоря может хоть кому-то рассказать о том, кому помогает бежать из страны.
Как можно дальше бежать.
Илья аккуратно выбирается из рук Игоря, легко проводит пальцами по его затылку, по шее и плечу, а после поднимается с постели, подбирает сброшенную на пол одежду и натягивает штаны с футболкой, сует ноги в ботинки. Выйдя в коридор, Илья внимательно смотрит по сторонам, прислушивается и пропускает по зданию магическую волну, заклинание, чтобы прощупать помещение, определяя количество и дислокацию живых на локации. На вампиров это не работает, цепляет даже тараканов, но Илья научился ориентироваться в полученных результатах. Большая часть работяг еще спит - времени восемь утра, суббота - часть комнат пуста, кто-то сидит на общей кухне и никто пока что не собирается атаковать их. Закрыв за собой дверь, Илья проходит в общие душевые: долго принимать душ и расслабляться он не будет, просто умоется. Сунув голову под кран, дожидаясь, пока голова намокнет, Илья размышлет о том, что он будет делать, потому что один он конечно сможет справиться, но помощь не помешает никогда. Помощь кого-то, кто хорошо знает систему, с которой нужно сражаться.
Кажется, время отдавать старые долги.
Время воскресать из мертвых.
Тряхнув головой, чтобы смахнуть капли воды, Илья спускается вниз откуда можно позвонить, а хорошенькая девица за стойкой предлагает ему стационарный телефон, даже сильнее вытаскивает провод, чтобы Илья мог отойти подальше и поговорить спокойно. Мужчина присаживается в кресло, выуживая из памяти номер телефона и набирая его, надеясь, что на том конце ему ответить именно тот, кто нужно. Долгие гудки сменяются крайне недовольным сонным голосом человека, которому очень не понравилось, что его разбудили в такую рань.
- Если у вас нет никакого срочного ко мне дела, и вы просто позвонили поболтать, то я пошлю вас на хуй и пойду спать дальше, понятно? - огрызается его собеседник на той стороне провода, чем вызывает усмешку у Ильи.
- Это я, - говорит он спокойным голосом, а человек на той стороне провода затыкается, подавившись воздухом, который был набран в легкие для гневной триады, - Мне нужна твоя помощь.
Разговор выходит коротким и емким: Илья быстро описывает сложившуюся ситуацию, говорит, что ему нужно, говорит, когда и куда поедет. Говорит свободно, потому что нет смысла прослушивать телефоны мертвых. Вернув телефон на место и поблагодарив за помощь, Илья возвращается в комнату и мягко улыбается Игорю.
- Мне нужно было сделать один звонок. Прости, если напугал, - говорит он, - Давай поднимайся, съедим что-нибудь, и ты будешь звонить своему человеку по документам. Скажи, что у него максимум три дня, и что за ценой мы не постоим, - надо же, чтобы украденные деньги хоть где-то им помогли.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

+1

23

Игорь еще долго вслушивается в размеренное дыхание уже задремавшего мага, смотря перед собой, переваривает их разговор, прокручивая реплики раз за разом в голове, и чувствует себя хуже обманутого ребенка, которого вместо парка с каруселями отвезли в больницу на укол. Очень болезненный укол.
Дремота плавно переходит в очень глубокий сон – настолько, что Горшенев едва ли чувствует уход Ильи.
От того паника и накрывает его, когда под рукой никого не оказывается, а в воздухе лишь какофония разнородных запахов, среди которых слабо чувствуется Плетнев. Он вскакивает с кровати, одеваясь на пути к двери, кладет ладонь на ручку и замирает в полной нерешительности.
Если бы он бежал один, не было бы никаких колебаний.
Но что теперь?
Где Илья?
Мрачные мысли приходится буквально выуживать из комка других предположений и выбрасывать за борт. Игорю стыдно за свои подозрения, но страх оказывается выше него – талдычит что-то мерзкое, облепляя его липким отвращением к самому себе.
Рука соскальзывает с дверной ручки и виснет вдоль тела. Ноги непослушно оттаскивают Горшенева назад.
Он может подождать несколько минут, за несколько минут ничего не случится, ведь так?
«Может, ему нужна помощь?»
Что ему делать?
Лишь шаги и запах, доносящиеся из-за двери, помогают Игорю, наконец, оттолкнут от себя панику. Голос Ильи звучит так, будто у него самого уши заткнуты ватными шариками, а сам перевертыш сидит на кровати, сложив руки на груди и смотря на него так, будто перед ним очутился призрак.
– Звонок? – Тихо уточняет Горшенев, сжимая пальцами собственный локоть и прикрывая глаза, прячет откровенно ошалелый взгляд от мага, закапывает свою паранойю – она имеет место быть, когда меньше суток назад узнаешь, что от тебя, мягко говоря, скрывали кое-что важное.
Однако сейчас выяснять уже вряд ли имеет смысл.
«Но даже если Илья передумает и отвернется от меня – в чем тогда будет смысл?»
Простая и в то же время ясная мысль озаряет – нет, бьет – изнутри его разум, действует, как отрезвляющая пощечина, вот-вот возникнут синяки (пока они возникают только под его пальцами, но тут же наливаются желтым цветом и через пару минут уже исчезнут).
– Да. Скажу, что два дня. Сначала позвоню, потом поедим.
«Все равно я ничего не смогу нормально проглотить».
– Больше не делай так, – тише добавляет Горшенев, смотря в глаза инквизитора. – Просто разбуди в следующий раз.
[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

+1

24

Илья едва хмурится, рассматривая Игоря, аккуратно подходит к нему и мягко обнимает, привлекая к себе и всем своим видом словно говоря, что он защитит Игоря от любой беды. Всегда защищал и всегда будет защищать, чего бы ему то ни стоило.
Всегда. Всегдавсегдавсегда.
Даже от его собственных поступков, даже тогда, когда Игорь может быть очевидно не прав - это выбор Ильи всегда оставаться на его стороне, потому что по-другому Илья просто не умеет. Было ли это глупостью или слабостью, через которую его можно сломать, Илья не ответит - вполне возможно, что ответ будет правильным в обоих случаях, а сам Илья всегда признает, что в руках Игоря он будет мягок и податлив, что Игорь может вязать из него какие угодно узлы, и Илья не станет возражать. Он не умеет по-другому выражать свои чувства, он привык отдавать всего себя, без остатка.
- Прости, - тихо говорит Плетнев, - Я просто хотел, чтобы ты как следует выспался. Это был глупый поступок, только напугал тебя лишний раз, - он хмурится и прижимается губами к его виску, после чего отпускает, отстраняясь и усаживаясь на еще теплую кровать. Неизвестно, когда они смогут нормально поспать, да и смогут ли вообще: когда их настигнут лезвия и другие инквизиторы Наумова, когда придется дать последний бой - это все вопрос времени, потому что просто так они их не отпустят, пусть старшина и знает, с каким опасным противником он столкнется рано или поздно. Догадывается, потому что не знает, что приготовил для инквизиции сам Илья.
То-то все удивятся.
Он идет вместе с Игорем вниз, чтобы тот тоже мог позвонить, договариваясь о встрече со своим человеком, внимательно наблюдает за парнем и честно пытается забраться ему в голову, чтобы понять, о чем конкретно тот думает: чего боится, чего ждет, с какой стороны ожидает подставы и предательства, хотя сторона тут может быть всего одна - сам Илья, и винить Игоря в этом язык не повернется. Илья молчал столько лет, столько лет делал то, что делал, ни словом, ни действием не намекая перевертышу на то, что ему можно довериться полностью, что опасности нет, что Илья всегда здесь. В какую-то секунду Плетнев напоминает себе верного бойцового пса, а потом решает, что так оно и есть - он самый настоящий пес, который порвет любого по приказу хозяина, атакует даже при малейшей опасности, не задумываясь о том, кого ему велят рвать и по каким причинам.
- Теперь попробуем поесть, - негромко говорит Илья, когда Игорь заканчивает разговор и вешает трубку. Тихо благодарит девушку за стойкой и возвращается в комнату, пропуская Игоря вперед себя и внимательно всматриваясь и вслушиваясь в происходящее вокруг. Теперь остается только ждать и быть осторожными, тихими и готовыми к тому, что двух дней лезвиям хватит двух суток на то, чтобы отыскать их и попробовать поднять на вилы. Едва ли, конечно, драку устроят прямо в общежитии, но попытаются выкурить их отсюда, на что нужно время [с мерами предосторожности Ильи - чуть больше времени, чем они тратили обычно], а следовательно у них будет небольшой шанс уйти или просто подготовиться.
- Наумов знает, чего можно от меня ожидать. Хотя, тут мы в равном положении: я видел в бою каждого из них, а кого-то учил сам, - тихо говорит Илья, медленно счищая кожуру с яблока, поднимает взгляд на Игоря, - В любом случае. Что бы ни случилось, - он внимательно смотрит на Игоря, - Я хочу, чтобы ты бежал дальше. Как только я скажу, что ты должен бежать, ты побежишь и не будешь оборачиваться. Ты меня понял? - Илья смотрит серьезно, сейчас он точно не примет никаких препирательств, - Если я отстану. я обязательно тебя догоню. Я обещаю тебе. Они не возьмут меня так просто, - он качнул головой и отрезал от яблока половину, протягивая ее Игорю, - Я обещаю, что найду тебя, даже если придется ползти и поиск займет несколько веков.
Он внимательно смотрит на Игоря, а после мягко ему улыбается и приобнимает одной рукой, откусывает кусок яблока и прикрывает глаза.
Полтора дня проходят относительно спокойно - Илья не замечает слежки или чего-то подобного, и это его очень беспокоит: не пришли сейчас, значит, придут позже, а следовательно доверять человеку Игоря он не может - нет никаких оснований не предавать заказчика, Илья не верит, что бывают полностью бескорыстные люди. Он слишком много повидал на своем веку.
Ближе к вечеру они сдают комнату, прощаются, благодаря за прием, и выдвигаются ближе к Москве, чтобы забрать документы и начать движение в сторону Ленинграда, откуда уже можно перебраться в Финляндию, а дальше будет чуть легче.
По пути к месту встречи Илья напряженно вглядывается в окружающие их лица: он снова связал их скрывающими чарами, но осторожность никуда не уходила, так что руку Игоря он отпускает только тогда, когда в темном проулке к ни выходит его человек с документами... С документами ли? Есть что-то нервное в его взгляде, когда он протягивает два паспорта Игорю, когда тот раскрывает их и Илья может заметить записку с коротким "Бегите" внутри.
- Блять... - Илья вытаскивает копье и раскрывает его, пуская по древку электрический заряд, заставляя копье искриться.
- Илья-Илья... - из-за угла к ним выходит Наумов собственной персоной, - Знаешь, я просматривал документы, - Наумов почесал затылок и хмыкнул, - и заметил одну закономерность: все, кого мы взяли по делу этой шайки во главе с Шагаевым, - он заметно скривился, и Илья даже его понимал - последний был редкой мразью, - Улики по ним предоставил нам именно ты, - он посмотрел на Плетнева, - Прикрывал собачонку, которой я велел свернуть шею? - Наумов вскинул брови, - Илья... Как непрофессионально... Я разочарован.
- Ради Лидии ты бы сделал тоже самое, старшина, - отзывается Плетнев, - Мы все делаем такие вещи ради любимых, - он качнул головой, отводя Игоря себе за спину.
- Зачем же было так подставляться? Кому ты этим помог, Илья? Если бы Грошенев сдал Шагаева, мы бы даже рассмотрели дело о его помиловании. Сослали бы в Сибирь и даже без печати отступника. А теперь что? - Наумов вскинул брови, а Илья усмехнулся.
- Этими историями можешь кормить кого-то, кто не знает тебя, как облупленного, хорошо? Я знаю, как инквизиция поступает с невиновными, - он принял боевую стойку, подмечая движения других инквизиторов вокруг себя.
- Мне жаль, что так вышло, Илья. Правда, - Наумов качнул головой и достал копье, раскрывая его, - Фурию убить, его щенка на допрос к менталистам, - скомандовал он, и кто-то из особенно смелых новичков даже попробовал нанести первый удар.
Не успел.
Его глотку проткнуло инквизиторское копье, прилетевшее откуда-то сверху. Следом долетел и бывший его хозяин, что уже был мертв.
- Эй, папаня, - донеслось с лестницы и Наумов замер, поднимая взгляд и скалясь в довольной ухмылке.
- Светочка, вот и ты. Надо же, еще одного обвиняемого возьмем, - хмыкнул он, когда девушка перемахнула через перила пожарной лестницы и приземлилась на асфальт рядом с Ильей, посмотрела на Игоря.
- Привет, пирожочек. Рот прикрой, а то муха залетит, - хмыкнула она, раскрывая свое копье.
- Помнишь, что я тебе говорил? - тихо говорит Илья Игорю, - Как только мы расчистим дорогу, ты побежишь. Так далеко, как сможешь.
[nick]Ilya[/nick][status]мальчик за стеклом все машет мне рукой[/status][icon]http://s3.uploads.ru/MjXdx.jpg[/icon][sign].[/sign][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, III</p> <p class="lz_about">лезвие двора хаоса, игла в твоей вене</p>[/lzvn]

Отредактировано Stanislav Boyko (2019-04-16 16:19:35)

+1

25

Игорю ужасно стыдно за свои подозрения. Игорь ужасно растерян из-за всех этих событий.
Игорь прячет лицо в плече мага, тяжело выдыхая и кивая головой. Нужно успокоиться и собраться с мыслями, иначе они попадутся быстрее, чем можно ожидать – Илье и без этого приходится брать на себя больше обязательств по поводу их безопасности, не хотелось бы вставлять палки в колеса их же кареты. У них все еще есть шанс.
По крайней мере, Игорь в это хочет верить.
Разговор проходит гладко, его знакомый не задает никаких вопросов, что совсем не удивляет – ему платят деньги, он делает свою работу. Меньше знаешь, крепче спишь.
«Хотел бы я это понять намного раньше».
Остается только ждать – и вот это только сильнее нагнетает обстановку. Игорь заламывает пальцы, стараясь держаться хотя бы внешне и брать пример со спокойного Ильи – но как можно оставаться спокойным от мысли, что сам же его сюда и втянул?
В свете недавнего разговора это вопрос, конечно, спорный, но легче от этого Горшеневу не становится. В какой момент он был лишь целью расследования, а в какой – нет?
С этими мыслями Игорь опускается на кровать и прячет лицо в ладонях, шумно выдыхая и вслушиваясь в движения инквизитора. Лучше бы убил и дело с концом – что теперь? Постоянно бежать и прятаться? Разве Илья это заслужил? Разве Игорь этого стоил?
– У меня нет шанса что-то оспорить? – Слабо улыбнувшись, спрашивает перевертыш, кладя руки на колени и переводя взгляд на инквизитора.
Почему Илья так уверен, что Игорь без него справится?
Почему Илья так уверен во всем происходящем вокруг?
Он трет переносицу, кривит губы от накатывающей горечи и кивает головой.
– Хорошо. Ты обещаешь мне. Хорошо, – повторяет перевертыш, медленно выдыхая и улыбаясь самому себе. Конечно, Илья не поднимется из мертвых, если его убьют. Конечно, Илья не вернет его к жизни, если оторвут голову уже Игорю. Горшенев достаточно реалист, чтобы понимать ¬– не все обещания можно исполнить, поэтому он старается никогда их не давать и ни с кого их не брать. Мир не состоит из двух-трех обстоятельств, мир крайне сложная штука, которая никогда не будет повиноваться одной дирижерской палочке.
Но, возможно, это самое обещание даст каждому из них сил в самую трудную минуту, заставит сжать зубы и проглотить собственное отчаяние.

Игорь больше не проваливается в глубокие сны – изредка дремлет то на кресле, то в кровати, нервно прислушиваясь и принюхиваясь к обстановке вокруг. Время тащится так медленно, что хочется скулить, но никаких подобных звуков Горшенев не издает – держится подле Ильи, чтобы быть в его поле зрения и не создавать ему же проблем (как много инквизиторов попытаются добраться до мага через Игоря?). Все проходит так гладко, что с каждым часом он начинает нервничать все сильнее и сильнее.
Возле переулка Игорь уже на полном серьезе раздумывает о том, что им нужно развернуться и бежать отсюда к чертовой матери.
«Они нас найдут, они же нас найдут!»
Ком в горле не дает нормально дышать, ноги едва слушаются – Горшенев так крепко цепляется за руку мага, что, кажется, синяки теперь остаются уже на коже лезвия. Коротко извинившись в переулке, он прячет руку в карман куртки, а взгляд бегает по серым стенам и влажной после недавнего дождя земле.
Непроизвольно дергается, когда перед ними возникает знакомая ему фигура – Илья внешне спокоен, хотя Игорь слышит его учащенное сердцебиение.
«Неужели, все?»
Горшенев хочет глубоко вздохнуть, но дыхание перехватывает, когда взгляд упирается в бумажку, оставленную в паспорте. Никаких четких мыслей – в голове жуткий хаос из тысячи фраз от «бежать!» до «может, следовало попросить о конкретном имени?»
На мгновение Игорю начинает казаться, что он просто оказался в очередном ночном кошмаре. Куда не иди – преследователь до тебя все равно доберется.
Зато когда еще ради его задницы выбрался бы сам Наумов?
Сглотнув, перевертыш смотрит на вышедшего великого инквизитора, чувствуя нарастающий ужас – не за себя, за Илью, который намерен драться (и как прикажете Игорю его покинуть?) со своими бывшими (?) товарищами.
Он бы и рад тихо отойти подальше прямо сейчас, чтобы хотя бы не путаться под ногами, но слова Наумова будто вбивают гвозди в его стопы, не давая пошевелиться. Горшенев растеряно смотрит перед собой на асфальт, и с каждым ударом сердца в голове лишь один вопрос:
«Зачем, Илья, зачем?»
Оживает, когда инквизитор оттаскивает его за спину. И вот опять.
Сибирь? Отступник?
«Вы же уже…»
Игорь задыхается сейчас уже от возмущения, вскидывает злой взгляд на Наумова – ему же не дали совершенно никакого шанса – но разговор явно не рассчитан на его вступление.
«Но я не невиновный».
Он вдруг только сейчас понимает, как устал от всей этой лжи – своей, конечно, в первую очередь – от этих интриг, от этой аферы с Шагаевым, которая длилась столько лет. Нельзя оправдываться, что он был совсем зеленым сопляком, когда его в это все втянули. Нельзя, потому что Игорь прекрасно все понимал и осознавал – плевать, что тогда разум был не настолько трезв и был готов прыгать в любую яму, лишь бы в чем-то оказаться значимым.
Его ошибка стоила многим жизни и карьеры. Игорь ведь знал, подсознательно, но знал, что все так и будет.
Странно, что его голова не полетела в числе первых еще до встречи с Ильей.
Он подается вперед, когда Наумов отдает приказ, хочет выйти из-за спины и прекратить весь этот цирк с дракой, побегом – у него еще есть шанс выставить все так, что он запудрил Плетневу мозги, как когда-то Шагаеву («а вы думаете, зачем я ему понадобился?»), выложить все, что знает, принять свое наказание и никого больше не подставлять – однако звон металла из-за чужих быстрых шагов и неожиданно знакомый запах заставляет вздернут голову наверх, сжав пальцами куртку Ильи. Эмоции на его лице стремительно сменяют друг друга, пока Игорь находит в себе хоть какие-то приличные слова, но выходит так себе.
Ладно, что еще ему предстоит узнать за эти сутки?..
Горшенев послушно захлопывает рот и понимает, что сейчас очень даже рад видеть Свету.
– Только в Тень меня не запирай, – говорит ей, хотя, возможно, это не такая уж плохая идея сейчас.
А потом все перед глазами начинают двигаться так быстро, что он едва успевает что-то понять. С Ильей нет смысла сейчас спорить – если надо, он и сам его в Тень засунет и будет рад.
Эта мысль вдруг начинает ему нравиться.
Он не уверен, что громкое «Сейчас!» адресовано ему.
Игорь пытается разглядеть среди инквизиторов Плетнева, но реакция срабатывает быстрее – он проскакивает между двумя хаоситами и исчезает.
«Ты обещал, Илья. Ты обещал».

31 декабря 1999
– Точно один будешь?
Ленка заглядывает в глаза мужчины, всучивая в руки тарелку с пирогами. У Ленки большие, почти черные глаза и алый из-за мороза румянец на щеках.
– Да, точно. Встречу новое тысячелетие и пойду спать, устал.
Она вздыхает, поправляя отцовскую шапку на голове: надо торопиться, потому что свои уже заждались.
– Еще бы, всем пока к столу мясо притащишь, – недовольно фыркает она. – Но со свадьбы ты так просто не соскочишь, ясно?
Игорь улыбается, кивая ей. За неё он искренне рад – спасая её пять лет назад от стаи волков, первертыш и не думал, что будет относиться к девушке едва ли не как к младшей сестре. Лена самая первая начала общаться с ним, какое-то время нагло поджидая на крыльце и заваливая разговорами, Лена грубила местным хуже сапожника, когда те что-то говорили про их гостя, Лена ни разу не была похожа ни на кого из его сестер, однако возникшей привязанности Горшенев отменить не мог.
– Иди давай, твои тебя заждались. С Новым годом.
Получив объятия на прощание, Игорь провожает девушку взглядом до тех пор, пока та не заходит за калитку своего дома – лишь после этого закрывает дверь и прислоняется к ней лбом. Тяжелый вздох невольно вырывается из груди, когда он прикрывает глаза и пытается отстраниться от неприятных мыслей, однако выходит из рук вон плохо.
В доме было тепло, чисто и тихо – только едва слышно работало радио. Ждать официального объявления о переходе в новое тысячелетие Игорь не собирается, допивает свой чай и отставляет чашку в сторону.
Иллюзия новой жизни настолько отвратительна, что иногда хочется начать выть без обращения в волка. Спрятав лицо в ладонях, Горшенев вслушивается в треск дров в печи и пытается угомонить свое сердцебиение. Обещание – единственное, что поддерживает его последние пару лет в этой глуши.

До кровати он так и не доходит, засыпает на сложенных руках на столе, отдаленно улавливая сообщение о переходе в новый век, какие-то голоса с улицы, кажется, Ленкин смех – звуки практически перестали напрягать его.
На мгновение ему кажется, что он чувствует знакомый запах. Сначала Игорь не реагирует – мало ли, показалось – но запах продолжает только усиливаться. Встрепенувшись, мужчина сонно и с подозрением смотрит на дверь пару минут, прежде чем неуверенно встать и подойти ближе.
В конце концов, надежда действительно умирает последней.
Толкнув дверь, Горшенев выходит наружу, напрочь забыв о том, что было бы неплохо надеть куртку – вряд ли местные жители поймут такое теплокровие Игоря – и делает несколько шагов вперед, всматриваясь в метель. Народ гуляет неподалеку, но до его дома еще предстоит добраться через этот снегопад, да и нет особо желающих составлять ему компанию, кроме Лены и некоторых стариков.
Горло сдавливает обида и какое-то тупое отчаяние, и ему приходится зажмурится, чтобы взять себя в руки – неизвестность стоит теперь на первом месте в списке вещей, которых он ненавидит (завидное достижение, раньше там крепко держался Шагаев). Выдохнув, Игорь понимает, что запах никуда не делся, и окончательно плюет на все – срывается с места и быстрым шагом идет к источнику.

[nick]Igor[/nick][status]режь мои десна [/status][icon]https://i.imgur.com/lC69dfZ.png[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Игорь Горшенев</a></p> <p class="lz_rank">перевертыш, V</p> <p class="lz_about">не милый твой бухгалтер хаоса.</p>[/lzvn]

Отредактировано Oliver Hayes (2019-05-16 12:56:10)

+1

26

Ряды продолжают смыкаться у него за спиной, Илья чувствует, как по спине, как по виску, как по рукам идет кровь, как кровью заливает одежду, и он благодарен Игорю за то, что тот послушался и убежал уже достаточно далеко - простое локационное заклинание даже не смогло дотянуться до него, а значит он должен быть в безопасности. Следовало, конечно, сделать какой-нибудь артефакт, чтобы можно было понять, что с ним все хорошо, но Илья плохой мастер по их сотворению, он хорош в других вещах, а потом в рюкзаке у Игоря есть необходимый запас зелий, что могут пригодиться на пути, а так же инструкция, которую он написал и положил в карман. Хоть какая-то, пусть даже и временная, защита, пока он не догонит, пока не положит всех, кто сейчас окружает их со Светой. Та тоже ранена - удары Луга так же трудно регенерировать, как и Нуаду Порядка, да и у нее особенно нет времени: одни раны затягиваются и тут же появляются еще.
Наумов смачно скалится, смотря на эту парочку, а Илья чувствует спиной затылок низкорослой легкой Светы, чувствует ее крылья, чувствует ее ярость, потому что она борется не просто за товарища и его мужика, она борется за вещи, которые действительно важны, за вещи, в которые очень хочется макнуть лицом весь военный институт Московского, да и вообще общероссийского Хаоса, потому что система везде одна и та же. Подоспевше подкрепление Наумова бросается в атаку вместе со своим командиром: Света вцепляется в глотки лезвий, а Илья берет на себя старшину. И кажется, что вот-вот он уже одержит победу, потому что Наумов уже вымотался, а Илья оказался чуть проворнее и сохранил в запасе немного сил для того, чтобы сотворить последнее на сегодня заклинание, но болезненный вскрик Светы заставляет обернуться и замереть.
Они подняли ее на копья, на десяток копий, почти распиная девушку, выбивая оружие у нее из рук, потом еще двое взмахом копий срезают ее крылья, срезают когтистые лапы, а последнее копье пронзает ее нёбо, вырываясь где-то на затылке. Света еще какое-то время дергается, а после обмякает. Илья хочет рвануть к ней, хочет применить последнее заклинание, уничтожив остатки сил, чтобы разом покончить со всем - и с собой в том числе, но не успевает. Перед смертью он успевает увидеть, как наконечник копья Наумова проходит у него между глаз. Илья оседает и роняет копье.
Заходится протяжным болезненным стоном, резко садясь и задыхаясь от слез и ужаса пережитого, от боли во всем теле, от свернувшегося в тугой узел желудка - он не мог есть третий день, он даже толком не соображал, что вообще происходит. Где он?
Илья смотрит по сторонам и понимает - это купе, поезд, он куда-то едет, а с соседней койки на него смотрит перепуганная и разбуженная им Света. Илья рассматривает ее - ни одной раны, все затянулось, пальцы на месте. Ему все приснилось, но чувство ужаса не покидает начинавшего обретать ясность сознания Илью. Света молча поднимается и аккуратно пересаживается на койку к Плетневу, молча вытирает слезы, проходится платком по швам на лице, что решили поползти в стороны, открывая рану - копье Наумова не прошло сквозь него, прошло по касательной, а второй раз дотянуться Илья уже не дал.
- Нам ехать еще два дня, - шепчет Света, - Тебе нужно отдыхать, иначе сил не останется, - она тихая и мягкая, она видит насколько тому плохо, она укладывает его и накрывает одеялом, чуть приоткрывает окно, пуская свежий воздух.
- Где Игорь? - сипло спрашивает Илья, - Где...
- Надеюсь, что далеко отсюда. Спи, сначала восстановишься, потом километры говна, а потом можно будет отыскать Игоря. Спи, - Света гладит того по волосам и терпеливо ждет, пока колдун снова уснет, - Найдешь его. С ним все будет хорошо. Спи...

10 декабря 1999

- Ты точно доберешься? - Света смотрит пристально, едва щурится, потому что Солнце отражается от снега и бьет в глаза, что мешает ей наблюдать за тем, как Илья собирает рюкзак с припасами, готовясь к пешему переходу едва ли не через всю тайгу, - Может, перевертыша тебе какого найдем, чтобы довез на спине? - она волнуется. Правда волнуется. Илья закидывает рюкзак на плечо и качает головой, чуть сжимает ее плечо в знак признательности за все.
- Он ушел отсюда и шел, чтобы спрятаться, чтобы никто не нашел. Я забочусь о его безопасности. Я дойду, все будет хорошо, Света, - он улыбается ей и обнимает, гладит по затылку, - Спасибо тебе за все, - Илья аккуратно прижимается губами к ее макушке, - Я тебя не забуду.
- Да куда ты деешься, пидор несчастный, - Света хмыкает и крепко обнимает Илью в ответ, - Найдешь, как буду нужна, приползешь, - Света усмехается, чувствуя, как Илья дергает ее за ухо, - Так и будет, - она качает головой, но понимает, что едва ли они снова еще хоть раз увидятся, - Прощай, старый друг.
- Прощай, старый друг, - Илья снова ей улыбается, берет с полки шапку и перчатки, а после покидает охотничий домик, в котором их дороги теперь разойдутся окончательно.
Ему и правда предстоит долгий путь.
Очень долгий путь, который остался позади, затянувшись на две с небольшим недели, но Илья справился со всеми трудностями, какие ожидали его на пути к Игорю: дикие звери, браконьеры, какие-то твари из разрыва в самой чаще - пришлось задержаться там надолго, чтобы закрыть этот портал и уничтожить всех, кто из него вылез и не желал возвращаться. Казалось, что достаточно, дайте ему просто дойти, но у природы был последний козырь, последнее испытание: вчера ночью поднялась метель, в итоге унесло часть оставшихся припасов, а сам Илья едва успел отклониться от пары повалившихся деревьев. Карта изодрана в клочья, но собрать ее еще возможно [Илья бросает это дело, потому что он заучил ее наизусть за все это время]. Как только метель стихает, Илья выбирается из своего укрытия, занесенного на полметра снегом, осматривается, сверяется с компасом и собирает остатки пожитков, собираясь уходить в нужную сторону, как вдруг чувствует присутствие - опасное, могущественное и совершенно непонятное. Он уже чувствовал такое однажды, а потому копья не вынимает - бесполезно. Сидхе ему не победить.
Каким же оказывает его удивление, когда между деревьев показываются два знакомых силуэта.
Олень и Медведь.
Они выходят к нему и останавливаются, Илья чуть склоняет голову в приветствии, сидхе рассматривают колдуна, словно читают его прошлое, изучают, а после Олень фырчит что-то и Медведь подходит к нему, опускаясь на пузо, говоря этим, чтобы тот садился на спину. Остаток пути Илья преодолевает в относительном комфорте, хотя чаще он просто в отключке от усталости. Краем уха ему кажется, что он слышит, как эти двое переговариваются на каком-то ему неведомом языке, а в одну из ночей, когда они встали на привал, Илье кажется, что кто-то кладет руку ему на затылок, на лоб, что-то говорит, погружая практически в лечебный сон. На опушке, к которой он шел, Илья оказывается к новогодней ночи, прощается и благодарит сидхе за такую услугу, провожает их взглядом, пока поднявшаяся метель их не скрывает из виду.
Это удивительно.
Вдалеке перед собой он видит свет от окошек деревни, в которую он шел, а на душе становится легче. Старые шрамы перестают ныть, в ногах появляется сила.
На подходе к деревне Илья срывает небольшую еловую ветвь - не может же он прийти в Новый Год без елки, а после выходит на почти занесенную снегом тропу, целенаправленно двигаясь к домам.
Игорь, ты там? Лицо приходится прикрыть рукой, смотреть под ноги, чтобы не снесло, но последние пятьдесят метров даже в таких условиях это ничто по сравнению с пятью годами пути.

[nick]Ilya[/nick][icon]https://i.ibb.co/3p7vQYD/tumblr-pinu3llo-SH1qhzcuxo2-540.gif[/icon][lzvn]<p class="lz_name"><a href="ссылка на вашу анкету">Илья Плетнев</a></p> <p class="lz_rank">маг, II</p> <p class="lz_about">бывший инквизитор хаоса, который выполняет обещания</p>[/lzvn][sign].[/sign][status]со щитом[/status]

Отредактировано Stanislav Boyko (2019-05-16 15:59:10)

+1


Вы здесь » dial 0-800-U-BETTER-RUN » альтернатива » будь моей песней


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC